— Госпожа Элизабетта, мне тут сказали, что ваше присутствие является необходимой частью лечебной процедуры, — приподнялся на здоровой руке и смотрел на неё в упор.
Она передала ложку Мартелло и подошла.
— Не вопрос, — села рядом и взяла его за руку.
Хотелось, прямо скажем, не только за руку, ведь весь его могучий торс наружу!
— Вот, отлично. Сразу никакой боли, — улыбался он. — Скажите, вам закон не писан? Вы почему до сих пор мокрая? Ещё заболейте мне тут какой-нибудь болотной лихорадкой.
— Да я так быстро бегаю, что уже почти высохла, не поверите.
Кстати, вещи свои она так и не смотрела пока, некогда было. Как с коня сняли, так и лежат в углу.
— Не поверю, — покачал он головой."
"— И ладно, — улыбнулась она. — Сейчас сделаем основное, поедим — и переоденусь.
— Вы замечательно здесь всё организовали, — улыбнулся он. — Я, если честно, и не предполагал, что застану налаженное хозяйство.
— Брат Василио, Мартелло и остальные тоже много сделали.
— Несомненно, но основная движущая сила видится мне в вас.
Я смотрю, как вы тут носитесь и всё успеваете, и восхищаюсь.
— Я рада. Скажите, я же правильно понимаю, что мы отсюда сейчас никуда уже не двинемся, а останемся до утра?
— Именно. Какой тут двигаться! Утром будет видно, что и как. Кстати, дамы, нет ли у вас зеркальца?
- Есть, — кивнула Тилечка. — Только в вещах.
— Буду рад, если одолжишь его ненадолго. Нужно же узнать, как там наш Астальдо, и сообщить, что мы все целы и доберёмся до них завтра.
Тилечка закончила бинтовать руку, собрала все грязные тампоны и унесла их в костёр.
Склянки тоже собрала и составила в кучку у стены — утром понадобятся. Вернулась к ним с зеркалом.
— Тилечка, ты молодец, — улыбнулся ей Сокол. — Настоящая целительница.
— Ещё нет. Я надеюсь, завтра госпожа Агнесса осмотрит всех и если вдруг я что-то пропустила, она поправит.
— Я тебе говорю, как человек, не раз попадавший в такое вот состояние — всё ты сделала хорошо. И госпоже Агнессе завтра тоже это повторю.
— Спасибо, — Тилечка засмущалась и опустила взгляд.
Сокол улыбнулся Лизавете и забрал у неё свою здоровую руку.
— Сейчас попробуем связаться, — он подышал на зеркало и нарисовал на стекле пальцем какие-то знаки. Ничего не происходило. Тогда он подышал ещё раз и ещё раз нарисовал.
Зеркало откликнулось голосом Агнессы.
— Господин Фалько, это вы?
— Да, госпожа Агнесса, это я. Как Астальдо?
— Спит. Завтра ещё не будет в состоянии двигаться дальше.
