Двадцать пушек!
Лизавета задумалась. Ну да, если он, как говорил, искал земли, где водятся драконы, то в здешнем Другом Свете ему само Великое Солнце велело побывать. Интересно, кто такая Аурелия?
Причал выдавался далеко в бухту, они ушли на самый край, стояли там, смотрели на разгружавшиеся лодки, сети и корзины с рыбой, на крикливых морских птиц, которые пытались воровать рыбу прямо с причала (это заглотники, они только воровать и умеют — пояснил Галеотто), на красавец-корабль, входящий в бухту со стороны моря. Налюбовались и пошли искать еду.
Таверна, рекомендованная проводником, называлась «Три креветки» и приютилась на узкой улочке недалеко от порта. Там подавали всяческих морских гадов — рыбу, моллюсков, креветок и крабов. Юные жители Фаро с радостью согласились попробовать, умеют ли здесь готовить дары моря так же хорошо, как дома. Тилечка даже фыркала — мол, так, как на рынке в Фаро, зажарить кольца кальмара не умеют больше нигде. Галеотто обиделся и попросил принести самых вкусных гадов, какие только есть.
Им очень быстро принесли жареную рыбу, кальмаров, креветок и двух небольших осьминогов под разным соусом — один был золотистый, другой — томатного цвета и запаха. И точно, на вкус соус тоже оказался томатным, и Галеотто подтвердил — заморский красный овощ у них многие выращивают и готовят, и это вкусно.
Интересно, а картошка тоже уже есть, или же нет, думала Лизавета. А то картошки жареной хочется…
Осьминог в томатном соусе был хорош, и мидии, и креветки, и куски рыбы. А Лизавета чуть не прозевала вопрос лично ей.
— Скажите, госпожа Элизабетта, а у вас дома тоже водятся креветки и осьминоги, раз они вам так по вкусу? — спрашивал Галеотто."
"Пришлось рассказать, что дома моря нет, а есть только большое пресноводное озеро. Что в нём чудесная вода, но она холодная, и осьминогов в ней нет, и креветок тоже. А есть рыба омуль, очень вкусная — хоть солёная, хоть копчёная, хоть в фольге запечь. И рыба голомянка, почти вся состоящая из жира и немного — из костей. И тюлень нерпа, которая ест омуля и очень любит смотреть, как люди по берегу ходят — как идёшь где-нибудь вдалеке от жилья, так обязательно увидишь три-четыре мокрых круглых головы.
В итоге Лизавете традиционно не дали заплатить ни одной маленькой монетки, сказали, что пусть лучше ещё рассказывает что-нибудь.
А когда они поднимались от берега и порта к дому Раньеро, то шли по узкой мощёной круглыми булыжниками улице мимо кожевенной лавки. Тилечка сказала — а давайте зайдём.
