На брата Василио можно положиться практически во всём, на мальчишек — во многом. У брата Василио бурное прошлое, он бывал в разных переделках, а мальчишки пока необстрелянные. Если случится хоть одно нападение или ещё какая стычка, там посмотрим, кто из них чего реально стоит, кто не испугается настолько, что вспомнит всё, чему учили, и сможет применить. В идеале, конечно, это должны сделать все пятеро, но где тот идеал?
Служки тоже люди опытные, приучены, что если не могут помочь, то главное для них — не мешать.
А Мартелло знает, что в любой ситуации кони на нём.
Астальдо, надо думать, при открытом нападении не растеряется, всё же он и маг неплохой, и воевать в принципе умеет. Он скорее подмога, чем помеха.
А вот три безусловно прекрасные дамы…
Все они полны достоинств, каждая — по-своему. И неприятностей тоже можно ждать от любой.
Тощая Агнесса, дама сердца Астальдо — опытный и хладнокровный целитель. С утра Фалько сопровождал их обоих в соседнее крыло замка, где живёт старший сын и наследник герцога Вассо.
У него в теле завелась какая-то хворь, что немудрено для его-то возраста, он хоть и маг, но не целитель, и сам справиться не мог никак. Так Агнесса буквально с трёх прикосновений определила, в какой части тела неполадки, и потом они вместе с Астальдо произвели лечебную процедуру, причем руководила-то она, а Астальдо её слушался. То есть — признаёт её знания и опыт.
Сам Фалько подпирал стену у входа, и разве что следил внутренним зрением за тем, что делают.
Он не был целителем, не дали ему свыше такой способности, зато дали много других, грех жаловаться. И кое-что было сродни целительству — скажем, он умел унять боль, срастить сломанную кость, заживить открытую рану — старик Карло, его первый учитель, называл это регенерацией. Он не понимал причин, но видел работу организма в целом, и мог справиться с некоторыми неполадками. Но застарелые болезни или запущенные раны были ему не по зубам, разве что — промыть, механически почистить, перебинтовать.
Руками, без всякой магии. Впрочем, в его жизни чаще встречаются ранения, чем болезни, а с этим-то он справляется. До определенного предела, конечно. Но — что может.
А сейчас он мог видеть, что Агнесса делает большую и серьёзную работу, и оценить её умения.
Однако же в разговорах она была со всеми надменна, как старая королева Ниаллы. Ей как будто вовсе не было дела до того, что о ней думают.
