Антонио поднёс к губам левую руку Тилечки, которую держал в своих, а Руждеро что-то прошептал ей прямо в правое ухо. Ну-ну, поглядим, как и что там будет дальше.
Тройки разбрелись по залу, а распорядитель объявил, что сейчас все танцуют гальярду, каждая пара как желает и как может. Это было интересно, Лизавета знала разве что основной шаг, и то не сразу научилась перебирать ногами с нужной скоростью, и видела множество вариаций, которыми хвастались умелые танцоры. А как здесь?
Здесь оказалось хаотично — создавались пары, каждая из них занимала пространство в зале друг перед другом, и ждали музыки.
Заданный барабанщиком характерный ритм на шесть счетов вновь заставил сердце Лизаветы биться быстрее.
Каждая пара танцевала сама по себе. Кавалер начинал, или задавал вариацию, или просто показывал себя, прекрасного, а дама отвечала — глаза в пол, ноги невысоко. Впрочем, не все. Тилечка с мальчиками так и остались тройкой посреди зала, и у них диалог превратился в какой-то уморительный разговор на троих, потому что они беспрерывно смеялись.
То Тилечка убегала, а её догоняли, то наоборот, она легкими шагами бежала за кем-то из мальчишек. И всем было весело.
Какие-то пары устали и сошли с дистанции почти сразу, а какие-то продолжали друг перед другом выделываться, иначе не скажешь. Причём сохранились не только молодые, некоторые кавалеры в возрасте вполне могли показать молодёжи, что и как в этом танце. А из молодёжи хорошо держалась тройка Тилечки, и ещё — Серафино с девушкой из семьи герцога.
— Госпожа моя, не хотите попробовать? — Сокол лукаво улыбается ей. — Сдаётся мне, вы и тут знаете больше, чем хотите показать.
И смотрит на её пальцы, которые отбивают ритм по ткани банкетки.
— Только базовый шаг, — она испуганно мотает головой.
— Думаю, его будет достаточно, — он поднимается и подаёт ей руку.
Лизавета судорожно выдыхает, встаёт и оказывается рядом с ним. Он берёт её за кисть руки сверху.
Поклон — и полетели.
Её поднимает и несёт. Она не сразу понимает, что ноги уже сами поймали ритм и делают ровно то, что надо — раз-два-три-четыре, пять-шесть! Взлететь, оттолкнуться, бежать дальше.
Они облетают таким образом всю залу по кругу, он останавливает её выдыхать, а сам принимается за вариации, ноги так и летают. Ей остаётся только пожирать его глазами, да как бы не с разинутым ртом.
Реверанс — он передаёт ей ход. Хорошо.
