– Пойду распоряжусь насчёт двуколки, – тут же поднялся Прадд. Гному ничего не оставалось делать, как метнуть на орка не слишком дружелюбный взгляд и вынести поднос с грязной посудой и объедками.
…Ратуша славного Арвеста больше напоминала небольшую крепость – с высокими зубчатыми стенами и стрелковыми башенками по углам. Ратушу когда-то явно окружал ров – по обе стороны ворот сохранились прорези от цепей подъёмного моста.
– Тут когда-то ведь очень немирно было, – пояснил Сугутор. – То с мореходами воевали, то с жителями Железного Хребта… Те же огры или, скажем, тролли – разуменья на медный грош, а пограбить любят.
Но теперь-то давно не нападают. С Лесными Кантонами шутки плохи, а Арвест уже давно только такую стражу и содержит. Но всё равно случаются набеги, случаются… А хуже всего, если половинчики объявятся. Тут даже алебардисты не помогут.
– Это почему? – заинтересовался Фесс. – Неужто эти невелички сюда от самого Вечного леса хаживают?
– Спросите лучше, мэтр, куда они не хаживают, – проворчал Прадд.
– Я слыхал, они даже на Утонувшем Крабе бывали. А как ходят – так ведь они маленькие, неприметные, вдобавок замечательно скрываться умеют. Ты и глазом не моргнёшь, а их вокруг тебя целая орда. С той же пехтурой из Кантонов – подберутся ночью, часовых бесшумно стрелами снимут, а потом спящих перережут, сколько сумеют. И – поминай как звали.
Двуколка остановилась перед широкими воротами ратуши. Гном и орк почтительно двинулись следом за Фессом, препоручив экипаж заботам крутившегося там мальчишки, что с разинутым ртом глазел на чёрный посох новоприбывшего мага.
– Куда?! – гаркнул стоявший в воротах алебардист в парадных цветах Арвеста – синем, чёрном и голубом. На груди виднелся герб вольного города – орёл, летящий над морем.
Фесс молча протянул украшенную печатями грамоту и для верности внушительно стукнул посохом по плитам. Воин внимательно оглядел печати, заметил посох – и судорожно сглотнул.
– Э-э-э… мэтр… прошу… прямо по лестнице на второй этаж…
– Благодарю, – холодно ответил Фесс.
Стражник подскочил как ужаленный – кто знает, что значили эти слова в устах кошмарного некромансера, могущего поднимать мёртвых из могил?!
Внутри ратуша вполне соответствовала образу преуспевающего купеческо-ремесленного города. Шпалеры на стенах и ковры на ступеньках. Негаснущие и не дающие копоти факелы на стенах. Позолоченные украшения, резьба, фрески, потолочные плафоны и прочее.
