— Красиво? — жрец посмотрел на раба внимательным взглядом, словно видел его впервые. — Что ты думаешь о моей просьбе богу?
— Бить не будете?
— Не буду, говори.
— Думаю, ничего не выйдет.
— Да что б тебя! — воскликнул жрец. — Почему? Тысяча быков — это небывалая жертва.
— Если великий бог Энлиль всемогущ, то зачем ему ваши быки? У него что, своих нет? И что он будет с ними делать?
Эну Хутран был сбит с толку.
— Но так было всегда. Ты делаешь богатую жертву, а бог прислушивается к тебе. Если ты не делаешь жертву, то значит, не уважаешь бога, и он не слышит тебя.
Это даже дети знают.
— Разве бог — мелкий лавочник? Мне кажется, что все наши проблемы для них — ничтожная возня. Боги слишком велики, чтобы обращать внимание на такую мелочь. Ведь кто бы ни победил, они получат жертвы от победителя.
— Лучше закрой свой рот, раб. Ты попадешь на костер, и я вместе с тобой просто потому, что стоял рядом и слышал твои слова."
"И оставшуюся часть пути он прошагал молча, обдумывая сказанное Максом.
Глава тринадцатая,
где Макс говорит страшные вещи
Переправившись через великий канал, соединявший Тигр и Евфрат, который называли «река Хаммурапи», армия через три дня подошла к Вавилону.
Процветающая местность с множеством деревушек и городков, сотни идущих к городу караванов и телег с зерном, ясно давали понять, что именно здесь и бьется сердце мира. А когда Макс издалека увидел город с возвышающейся над ним пирамидой Этеменанки, то решил, что облазит его сверху донизу. Все-таки это был библейский Вавилон, прославленный ювелирным магазином с тем же названием в родном городе Макса, а не какой-нибудь провинциальный Аншан или совсем уж заштатный Ниппур.
Да чего уж там, даже столичные Сузы были слабым отражением его величия.
Как обычно, войско стало лагерем недалеко от предместий, и поближе к солдатам потянулись местные торговцы, продающие одежду и обувь, кузнецы и шорники, фокусники и факиры, проститутки и разносчики еды. Были тут и вездесущие шпионы Ассирии, славившейся отлично поставленной разведкой.
Они внимательно считали костры и палатки, оценивали вооружение и припасы, запоминали имена командиров и названия городов, откуда пришли солдаты. В общем, делали свое черное дело, кладя на весы победы дополнительную маленькую гирьку в сторону Синаххериба.
Эну Хутран пошел в город, и велел Максу сопровождать его. Тот был сильно разочарован, так как никаких висячих садов Семирамиды или ворот богини Иштар тут в помине не было. Не построили еще.
