В благом расположении духа и с мечтательной улыбкой на губах я забегаю в офисное здание, поднимаюсь на нужный этаж и, стараясь не цокать каблуками, дабы не испортить сюрприз, направляюсь к кабинету Швецова.
И вот когда до цели остается всего каких-то пять метров, дверь распахивается и на пороге появляется Влад…вместе с Оленькой."
"От неожиданности я даже сбиваюсь с шага. Останавливаюсь, в полнейшем недоумении глядя на эту парочку и подмечая весь неприятные детали. Галстук, съехавший на бок; расстегнутые пуговицы на блузке; его пальцы, сжимающие худосочный локоть сестрицы.
***
— О, Ярочка! — сестра тут же растекается в блаженной улыбке и вешается к МОЕМУ мужчине на шею.
Вернее, пытается повесится, потому что он ловко отступает назад и ее загребущие руки хватаются за воздух.
— Ясь, — мрачно начинает Влад, — это…
Замолкает, так и не договорив, потому что сестра снова тянет к нему лапы.
Я сама мысленно продолжаю его фразу: это не то, что ты подумала? Так вроде говорят в таких ситуациях? Нестареющая классика.
Огненная стена ревности поднимается до небес, обжигая своим ядовитым пламенем. Я первый раз в жизни чувствую ЭТО. Жуткое, неприятное, болезненно колючее, не поддающееся контролю и законам логики. Оно не дает вдохнуть, и когтями впивается в сердце, причиняя физическую боль.
— А я вот зашла Владика навестить, а то он скучает тут один.
— Уймись! — цыкает на нее мужчина, но ей все равно.
Ольга перестраивается на ходу. Выпячивает вперед грудь, так что ткань на блузке расходится, демонстрируя тонкое кружевное белье.
Закусывает сочную нижнюю губу, ведет томным взглядом ведет в сторону Швецова:
— Пришла бы ты на минуту раньше, получилось бы неудобно.
— Да ё…
Я ее не слушаю. Голос сестры звучит, как белый шум, раздражая своим тембром.
Она продолжает вещать о том, как им было хорошо, а я смотрю на Влада. Он больше ничего не говорит, не пытается ее заткнуть, только наблюдает за мной исподлобья, ожидая реакции.
Вроде спокоен, но на скулах играют желваки, и руки сами сжимаются в кулаки. В его глазах ярость и никакого чувства вины. Я кожей чувствую его эмоции.
Он злится. Не на меня.
Перевожу взгляд на Ольгу, которая всеми силами изображает из себя роковую женщину, только что урвавшую кусок сладкого пирога. Что-то не сходится.
Глаза лихорадочно блестят, на щеках неровный румянец, волосы на палец накручивает. Так бывает…когда она врет.
