Холеная физиономия вытягивается, глаза становятся большими и квадратными, а недоверие в них постепенно сменяется радостью.
***
— Ярослава?
— Она самая.
Он молча наблюдает за тем, как я подхожу ближе, сдвигаю с одного угла все бумаги и ставлю коробку.
— Что ты тут делаешь?
— Кто-то не рад меня видеть?
— Рад, но…ты меня удивила.
Я сама себя удивила. Но это секрет.
— Я просто представила, как ты тут лежишь на полу без сил. Холодный, голодный. Тянешь руку к свету и стонешь: еды, дайте мне еды.
— Получишь ты у меня, — смеется Швецов.
— Мне уйти? Запросто, — с невинной улыбкой беру коробку с пиццей.
— Я тебе уйду, — он резво поднимается со своего места, — Думаю, я вполне могу себе позволить украсть десять минут от рабочего процесса. Пообедаешь со мной?
Я качаю головой.
— Почему?
Трудно объяснить самой себе, почему у меня пропал аппетит, стоило только его увидеть. О еде я даже думать не могла. Мой голод был совсем другого рода. Темный, жадный, неутолимый.
— Это все тебе.
— Я столько не съем.
— Съешь. Ты большой, тебе надо много. Я в тебя верю, — несу какую-то чушь.
— Ты даже не представляешь, насколько много мне надо.
Что-то подсказывает, что он тоже говорит не о еде.
Смотрю, как он делает первый шаг ко мне. Потом еще один. Еще. Медленно, словно боясь спугнуть. Расстояние между нами неумолимо сокращается, а я даже пошевелиться не могу, как мышь перед змеей. Меня накрывает от одного его взгляда!
Он останавливается на минимальном расстоянии. Я чувствую тепло, идущее от его тела, вижу жилку, пульсирующую на виске, и зрачок, расширяющийся так, что за ним не видно радужки.
Я с ужасом понимаю, что не настолько сильная и стойкая, как привыкла о себе думать. Мне не потянуть такие игры с мистером Охрененным. Надо бежать! Со всех ног, не оглядываясь. Запереться в своей комнате, залезть под кровать и не дышать, чтобы монстр меня не нашел.
— Остынет.
— Плевать.
— Будет невкусно, — жалкие попытки его отвлечь.
— Плевать.
Лучшая защита — это нападение. И я нападаю, пытаясь выстроить между нами стену, чтобы было куда спрятаться:
— Значит я зря старалась? Покупала эту несчастную пиццу, ехала к тебе через весь город? А тебе на все плевать! Спасибо, что сказал, больше такого не повториться, — капризно фыркаю, сама себе напоминая Ольгу, и отхожу к окну, — можешь ее выкинуть.
Смотрю на городской пейзаж за окном и дышать становится чуточку легче. Правда, ненадолго.
— Съем. Позже.
В кратком ответе мне мерещится угроза.
