Выглядит она действительно не очень. Один глаз заплыл и налился иссиня-черным, нос разбит, губы тоже. На шее следы от чужих пальцев.
Ее и правда кто-то неплохо отделал.
— Что произошло?"
"— Ярослава меня избила, — голосом, полным трагизма сообщает она и тянет ко мне руку, будто надеется, что сейчас начну обнимать и утешать.
— Бред. Не она это.
— Она! Позвонила мне, сказала, что хочет встретиться и поговорить. Я согласилась, а она начала кричать, угрожать, распускать руки. Слово за слово, и мы сцепились.
Она начала меня бить, — жалобно и трагично всхлипывает моя «все еще жена», — кричала, что и тебя заберет, и карьеру мою сломает. Я так испугалась. Мне было так больно.
— Ты бредишь, — прерываю ее стоны.
— У меня даже подтверждение есть! — обиженно сверкает глазами. Вернее глазом, — Видео!
— Интересно откуда? Перед тем как быть избитой ты расставила видеокамеры? — не верю ни единому ее слову.
— Добрые прохожие помогли.
— То есть смотрели, как тебя метелят, а потом милостиво скинули запись? Идиотизмом попахивает.
— Не веришь? На смотри сам. — Хватает с подлокотника телефон и сует его мне, — Смотри.
Я смотрю. Видно, не очень хорошо — на улице уже темно и фонари как специально светят не так ярко, как должны. Действительно снимали на камеру мобильника. Но разобрать что происходит можно. Две темноволосые девушки. Сначала кричат, потом начинают драться. Вернее, Ольга больше вопит, пытаясь прикрыть лицо, а вторая лупит, что есть мочи. Эта вторая и правда похожа на Яську, по крайней мере куртка такая же.
С видео я разберусь. Переправляю его с Ольгиного телефона себе на почту.
— Надеюсь, ее посадят. Лет на двадцать, — злорадно произносит Ольга.
— Во-первых двадцать лет дают за убийство, не за подбитый глаз, а во-вторых, Яська беременная, и ее никто никуда не посадит.
При упоминании о беременности сестры, Ольга вскочила на ноги и зашипела:
— Беременная? От тебя?
— Оленька, не поднимайся так резко, тебе нельзя. Голова закружится.
— Ты знала? — она набрасывается на мать.
— Сегодня узнала. Сама в шоке была. Такая подлость.
— Влад, — Ольга снова тянет ко мне свои лапы, — как же … Как же мы?
Все-е-е. Идите вы все в далекие дали. Еще пять минут в этом доме и уже мне дадут двадцатку за особо зверское убийство. Понимаю, что тут бесполезно разговаривать: чокнутая Ольга, мамаша ее задвинутая и мямля-отец. Ответов здесь точно не найдешь, проще подключить нужных людей, которые мигом все раскопают.
