Она действительно была без преувеличения красавицей, и её негодование теперь можно было понять вдвойне. Променять такую умницу и красавицу! И на кого? Девушку русских кровей, которая смелой отчаянной дагестанке не годилась даже в подмётки!
Вот только Буран был непреклонен.
- Амина, успокойся на минуту и послушай меня, - начал было снова Буран, когда увидел её перед собой, но девушка почти оскалилась, чиркнув яростным взглядом по неверному мужу.
- Не успокоюсь! И не послушаю! О чём ты можешь сказать мне?! Как сможешь объяснить свой подлый поступок?! За каким бараном ты поехал в аул и пропал на несколько дней, не говоря мне ни слова о том, что ты берёшь вторую жену?! Ты не соизволил мне даже просто позвонить, не говоря уже о том, чтобы пригласить на свою вторую свадьбу! Или я настолько не важна для тебя, что это нормально – узнавать подобные новости от соседей?!
К сожалению, девушка не успокаивалась, а наоборот раскалялась всё сильнее и сильнее.
И Майя зябко поёжилась, буквально кожей ощущая боль и ярость Амины.
На её месте любая бы поступила так же, а желание убить горячо любимого предателя было очень логичным.
- Я действительно уезжал за бараном…
- Но по дороге неожиданно решил жениться?! И даже нашел себе жену?!
- Это действительно всё вышло неожиданно.
Аминка рассмеялась нервно и отрывисто, и сделала пару шагов по направлению к мужу, упираясь дулом ружья прямо в его грудь.
- По-твоему я похожа на дуру, которая поверит в эту чушь?
- Я говорю правду. Уезжая из дома, у меня в голове не было мысли жениться, - на удивление спокойно проговорил Буран, не отступая ни на шаг, словно не боялся дырки в груди.
Почему-то казалось, что Амина сможет выстрелить, даже если потом пожалеет об этом, и до конца своих дней будет горько рыдать.
- И где она? Та, что так перевернула твою жизнь, что ты забыл о своих клятвах?!
- Каких клятвах, Амина? То, что я буду защищать и уважать тебя? То, что я буду делить с тобой печали и радости? Ни от одной из этих клятв я не отказываюсь! Всё так было и так будет!
Майя буквально слышала, как девушка скрипнула зубами и её глаза полыхнули недобрым огнем, потому что ни слова о любви и верности не было сказано.
Она молчала какое-то время, а потом неожиданно дёрнулась с криком:
- Где она? Почему ты не покажешь мне свою новую возлюбленную?
- Сначала убери ружьё и приди в себя.
- Уйди с дороги! – вместо этого взревела девушка и видимо перешла какую-то грань, которую Буран терпел и позволял, потому что теперь зарычал он сам.
