– И еще мне разрешили вернуть телефон, а также дать номер клиники, я сама свяжусь с врачом, у которого наблюдается отец.
Мужчина убирает кружку на стол, откидывается на спинку дивана, мы в комнате отдыха охраны, одни, в его глазах интерес, но есть и некое разочарование.
– Браво, крошка, я аплодирую стоя, ты такая уверенная и дерзкая. Чем больше тебя имеет Хасан, тем сильнее закаляется твой характер.
– Это здесь ни при чем.
– Отчего же? Я видел ваши игрища, скажу тебе, не каждая на такое способна.
Он думал, я покраснею? Начну смущаться, опускать глаза? Нет, не было ничего подобного.
А может быть, на самом деле это все – не только секс, а вообще ситуация – закалило так, что я мало чего боюсь? Что он может мне сделать?
Хотя может.
Вывезти из дома в какое-нибудь укромное место, изнасиловать сам, отдать другим, продать в притон, посадить на наркоту, избить, если не буду ему подчиняться, закопать в лесу или бросить просто так, чтоб меня там обглодали звери. И это я сейчас, за несколько секунд накидала вариантов всего ничего, потому что я всегда думаю о том, что может быть еще хуже.
– Верно, ты умная, мне это нравится, все понимаешь.
Нет, он не читает мысли, он мыслит так же, как и я.
– Значит, говоришь, задержка?
–Да, стрессы, проблемы с отцом и все такое.
– Хорошо, завтра в десять поедем, держи, – Равиль протягивает мой старенький телефон, достав его из кармана пиджака. – Указания уже получены, номер больнички вбит.
Остаток дня и вечер тянутся слишком медленно, меня не зовут подать ужин или перестелить белье, Луиза Азизовна все делает сама, ворчит и на меня не смотрит, я лишь помогаю Вартану.
С третьего раза удалось поговорить с врачом, оказалось, что мой отец в центре реабилитации, и судя по разговору доктора, в очень хорошем, но тут еще нужно проверить.
Тошнит несколько раз, но я справляюсь, при каждом приступе так отчаянно бьется сердце, а внутри все скручивается в болезненный комок. После уборки посуды ушла в свою комнату, просто легла на кровать, не включая свет, закрыла глаза и заснула.
Мне не хотелось просыпаться, кто-то трогал лицо, медленно и нежно касаясь кожи, пальцы теплые, перевернулась на спину и резко открыла глаза. Он сидел на кровати, темный силуэт на фоне окна, широкие плечи, массивная шея. Я не знала, что сказать, Хасанов молчал, но я прекрасно знала, зачем он пришел.
Нужно как-то находить с ним контакт, начать разговаривать, общаться, нам в любом случае придется это делать.
– Я заснула, был непростой день.
