-К сожалению, ребенок невменяем, - с сожалением в голосе признался доктор. - По всем характеристикам он уже больше одичалый, чем нормальный двуликий.
Ребенок, услышав речь доктора, утробно зарычал.
-Сами видите, - вздохнул Илья Романович. - К тому же, он не дает работать с пациенткой - она крайней слаба и нестабильна, но мы не можем её лечить - пацан нападает на нас.
-Ему же только год.
-Силой, Настя, - воскликнул Илья Романович. - Парень нападает на нас своей силой... И, - доктор покачал головой.
- Я буду настаивать на устранении ребенка: его уже невозможно спасти, но её мать - другое дело. За женщину мы ещё поборемся. Пока же Альфа заблокировал доступ мальчика к матери, чтобы сохранить те немногие силы, что у неё имеются.
Сила, вырвавшаяся с другой стороны комнаты, обогнув меня, заставила покорёжиться Илью Романовича.
-Простите, Луна, - сгибаясь пополам и чуть ли не падая на колени, просипел врач. - Нам лучше выйти.
-Нет, - покачала я головой. - Вы идите.
-Но...
- Доктор с сомнением перевёл взгляд с меня на ребенка. - Поверьте, Луна, он опасен.
-Не думаю. - Заметив, что доктор хочет мне возразить, добавила: - Альфа сам попросил меня присмотреть за Ириной и её сыном.
Доктор, пытаясь скрыть изумление, согласно кивнул.
-Что ж... я подожду вас за дверью.
-Хорошо, - кивнула я, желая как можно быстрее остаться наедине с малышом и его мамой. Ире на самом деле требовалась моя помощь... которую я не могла оказать, пока не объясню её ребенку, что меня не надо опасаться.
-Пожалуйста, не приближайтесь к нему ближе, чем это необходимо, - уже находясь за дверью, предупредил Илья Романович. - Когда он не может воздействовать силой, он начинает набрасываться словно одичавшая собака.
Я кивнула только для того, чтобы дать знать доктору, что я его услышала. Как только дверь закрылась, я не медля ни минуты, подошла к мальчику.
-Ты ведь меня помнишь, - мысленно спросила я маленького волчонка. - Помнишь, да?
Ребенок зарычал и.
.. передал мне мыслеобразами всё, что сделает со мной, если я потревожу его маму... Образы, до того грязные, что ... ребенок просто - напросто не смог бы этого понять.
Меня едва не стошнило прямо тут, возле истерзанной женщины и его не совсем нормального ребенка. Теперь я понимала опасения Альф. И всё же...
Он ведь был там, в лаборатории, всё это время - и видел, что это зверье, проводившее эксперименты, делало с женщинами... Как им причиняли боль.
