Аким же, в последний момент решивший поехать с ними, так и остался сидеть на коне.
Просторный кабинет городничего был под стать хозяину — такой же большой, с массивным рабочим столом и огромным шкафом, сверху донизу забитым бумагами.
Навстречу Кате поднялся высокий, почти круглый мужчина с добродушным розовощеким лицом.
— Баронесса, добро пожаловать в мою обитель.
Он прикоснулся губами к пальчикам посетительницы.
— Добрый день, господин городничий.
— Прошу, не надо так официально! Зовите меня просто Феликс Егорович.
Присаживайтесь.
Девушка устроилась в кресле для посетителей, Захар молча встал за ее спиной.
— Получить ваше приглашение оказалось неожиданностью, уважаемый Феликс Егорович.
Мужчина, нахмурившись, что-то поискал на столе среди бумаг.
— Ах вот она, — наконец довольно буркнул, доставая темную папку. — Екатерина Львовна, дело, связанное с нападением на вашу усадьбу, удачно расследовали. Вскрылось, что разбойники, которых вы нам сдали, шли по наводке.
— Я догадывалась. И дед Василий, староста моей деревни, спасший нас в последнюю минуту, так же считает.
— Нанимателем бандитов оказался вольный Сорон Тихонов. Да и, как выяснилось, деньги для выкупа своих родственников он заработал грабежом и убийствами. Мы его арестовали. При допросе он рассказал, от кого получил информацию.
Лицо Захара тут же побледнело, а плечи опустились."
"— Знаю, господин городничий. После всех событий мы сидели в гостиной, и тогда Захар вспомнил, что единственный, кто знал про деньги, — это его родственник.
А дед Василий подтвердил, что о Сороне ходят плохие слухи. В тот вечер Захару досталось больше остальных: получив сильный удар по голове, он долгое время пролежал в отключке. Даже после того как разбойников схватили и мои крестьяне освободили нас, он еле стоял на ногах. Уверена, его вины здесь нет.
Городничий внимательно посмотрел на застывшего столбом Захара.
— Вам лучше знать своих крестьян, барышня, — не стал спорить Феликс Егорович. — Скоро суд над Сороном и его шайкой.
Приглашение на него вам пришлют.
— Спасибо, господин городничий. За все.
Катерина поднялась, следом встал хозяин кабинета и склонил голову.
***
Домой ехали молча. Никому больше не хотелось затрагивать этот вопрос.
По приезду в усадьбу Катерина вызвала Захара в свой кабинет. Она прекрасно видела, как переживает помощник, во всех бедах обвиняющий себя. Подобное самобичевание требовалось уничтожить в зародыше.
— Захар, посмотри на меня.
