На его фронтоне красовались буквы, складывающиеся в слово «Банк». Девушка вздохнула. Надо поскорее разобраться с валютой этого мира. В памяти такой информации не нашлось. Видимо, баронесса не утруждала себя подобными знаниями.
Платье на Катерине было чистое, но старое. Нет, на нем не виднелось дырок и застиранным оно не казалось, но вышло из моды года два тому назад минимум. Девушка подсознательно понимала это, но выхода не видела: пришлось надевать то, что имелось. Хорошо, накинула утеплённый плащ. Вроде погода стояла теплая и солнце ярко сияло, но всё же ещё не лето, и холодный утренний ветер пронизывал насквозь.
Катя взяла сумку с документами. С помощью Захара спустилась с телеги и, с сильно бьющимся сердцем, открыла дубовые двери. Неизвестность тревожила, но страх ожидания перебивало желание помочь людям, жизнь которых зависело от неё. Войдя, просительница очутилась в небольшом, но уютном вестибюле. В банке царила тишина, присущая подобным организациям. Стоило пройти несколько шагов, как к ней подошёл молодой человек.
Точнее, совсем юный парень, с едва пробивающимися усиками. -Госпожа, с кем имею честь разговаривать? По какому вы вопросу?
Он быстрым взглядом окинул клиентку, явно оценил, но лицо у него осталось таким же непроницаемым. «Не морщится от моего вида. Это делает ему честь», -подумала девушка.
-Баронесса Екатерина Львовна Щербина, -тихо произнесла она. -Хотела заложить имение.
-Подождите здесь, барышня. Я предупрежу управляющего.
Катерина присела на диванчик и, оглядев зал, наткнулась на заинтересованный взгляд одного из клерков.
Она опустила голову, чтобы не привлекать лишнего внимания, и сидела так до тех пор, пока не вернулся юноша и не пригласил за собой.
Девушка последовала за клерком на второй этаж. пройдя по коридору, парень открыл дверь кабинета и пропустил Катю.
-Добрый день, –поздоровалась та.
-Добрый день, госпожа. Прошу располагайтесь.
Катерина присела на край стула, стоявшего напротив массивного дубового стола хозяина кабинета. Окинула беглым взглядом из-под опущенных ресниц мужчину.
У него было худощавое, бледноватое лицо, нос с горбинкой, очень светлые, даже можно сказать водянистые глаза, и аккуратно подстриженная бородка. А затем уделила внимание интерьеру.
С левой стороны от стола располагались два больших окна с тяжёлыми шёлковыми гардинами, не препятствующими лучам весеннего солнца проникать в комнату. Справа же стоял шкаф, за стеклом которого виднелись книги и папки.
-Слушаю, Екатерина Львовна.
