– Да, я знаю… – всхлипнула она, – но всё равно ведь жалко, разве нет?
– Ночные это заслужили! – сплюнул он. – После всего, что они натворили…
– Ну как ты можешь? – возмутилась Луна. – Такого ни одно племя не заслуживает.
– Нет, в самом деле, – прищурился Вихрь, – что такого особенного они сделали вам, ледяным, что ты их так ненавидишь?
Холод молча отвернулся и полетел вперёд, к вулкану. Наставники никогда не поднимали эту тему, но истории о древних временах приходилось слышать каждому ледяному дракончику.
Казалось бы, подробности должны знать и другие племена… Так или иначе, у его сородичей ненависть к ночным воспитывалась с самого яйца. Проклятые лжецы! Воры, мерзавцы, предатели!
Может, для всех остальных драконов это секрет или случилось так давно, что уже прочно забыто? А скорее всего, ночные со своей всегдашней подлостью постарались затушевать историю, прикрыв нагромождениями лжи. Они хорошо умеют.
Из дыры в земле взметнулось облако серного дыма, и дракончик облетел его, мучительно закашлявшись.
Он всегда считал, что ночные в своём тайном убежище только и делают, что пируют и нежатся, наслаждаясь краденым и посмеиваясь над простоватыми обманутыми драконами. Представлял всякие чудеса, роскошь и богатство – где-нибудь глубоко под землёй, в полной безопасности. Всё что угодно представлял – но только не это чудовищное опустошение.
Он заложил вираж, высматривая на склоне горы фигуру сестры.
– Холод! – окликнула сзади Луна. Он обернулся на лету. – Пожалуйста, расскажи, мне очень надо знать, что натворили ночные.
Я правда не знаю! – Она нервно дёрнула хвостом. – Там был замешан Мракокрад?
Ледяной дракончик кивнул, покосившись на догоняющих Вихря и Кинкажу. Ладно, если это секрет, ему бы непременно сказали на уроках. Пусть все узнают и никогда больше не доверяют ночным!
– Да, замешан, – начал он, – но началась история ещё с его матери Люты, будь она трижды проклята! Прилетела якобы с миром, предложила нам союз против небесных, а сама похитила нашего принца!
– Зачем? – удивился подлетевший Вихрь.
– У всех ледяных принцев, с которыми я знаком, на удивление скверный характер. Зачем их похищать? Неужели один из них мог кому-то понравиться до такой степени?
Холод свирепо взглянул на песчаного.
– Затем, что принц Арктик был нашим последним дракомантом!
Драконята переглянулись с недоумением. Они явно были неспособны оценить всего трагизма потери.
– Наш последний дракомант! – снова прорычал ледяной дракончик.
