Холод с неохотой последовал за ним, скользя животом по грязным прелым листьям. Висячие плети мха цеплялись за рога и щекотали спину.
– Ты так блестишь, будто светишься! – заволновалась радужная. – Увидят, точно увидят!
– Ничего, – шепнула Луна, – ты нас прикроешь, только не шевелись.
– Это ты мне говоришь? Да я чемпион по маскировке, если хочешь знать! Я…
– Ш-ш… тихо! – одёрнула её ночная, скользнув в щель и притискивая ледяного к горячему боку Вихря. Холод разглядел, как блеснули в темноте серебряные капли в уголках глаз.
Теперь он ощущал всё её тело, каждый тихий судорожный вдох.
– Вот так-то лучше, – прошептала радужная, – теперь его не видно.
Ледяной дракончик задержал дыхание, сжимая в когтях мешочек с камнем и пытаясь разобраться в своих мыслях. Луна сказала тогда, что у него в голове путаница, так и есть. Он и сам толком не понимал, что чувствует. Ярость и благодарность, жаркая теснота и одиночество, облегчение и злость на самого себя – всё перепутано, всё вверх дном!
Вспомнилось первое испытание на ранг, когда брат с сестрой бросили его посреди снежной бури и пустились в путь каждый в одиночку.
И правильно, он понимал это даже годовалым: зачем рисковать собственным рангом, вытягивая того, кто слабее? Каждый за себя, и никак иначе. А эти странные драконята готовы разгневать собственную королеву, лишь бы помочь ему, чужаку!
Луна тихонько шевельнулась, в темноте сверкнули серебряные чешуйки. Чьё это сердце так стучит, его или её?
Он закрыл глаза, стараясь не думать вообще ни о чём.
Так прошла, казалось, целая вечность.
Наконец Луна шепнула:
– Они ушли.
– Тогда пусти меня, – буркнул Холод, сам удивляясь, какой хриплый у него голос.
Ночная тут же откатилась в сторону, и он, извиваясь, выполз наружу, щурясь и моргая в зеленоватом солнечном свете. Выбравшийся следом песчаный потянулся, отряхивая перепачканные крылья и хвост.
Ледяной дракончик отскочил в сторону.
– Осторожнее с этой штукой! – Он кивнул на ядовитый шип.
– Если я когда-нибудь тебя уколю, – бросил Вихрь свысока, – то уж точно не случайно, обещаю… Эй, Луна, погоди! – окликнул он ночную, которая уже двинулась на звук водопада в отдалении, и побежал догонять.
Вот сейчас бы и улизнуть, подумал Холод, топчась в нерешительности. Вот прямо сейчас! Любой разумный ледяной так бы и поступил.
– Никак не найдёшь слов? – усмехнулась Кинкажу, внезапно появляясь рядом. Он подскочил от неожиданности.
