- Я к чему, фру Нинель, простите, Ваша милость! Ильзэ говорила, вы тоже вдова, так, разумею, понять можете…Нисы вона какие у Вас, прям картинки…А, может, Вы и нас чему поучите? Ну, такому, чтоб бабы, дома сидя или недалеко от него не отходя, могли сделать, а? Ваша милость? – Аннегрета в полной тишине смотрела на хозяйку Мозеби глазами, полными слез и мольбы, перемежающейся с надеждой.
Мужики закашлялись, опустив головы, жена старосты вторила взгляду толстушки, а Нина чувствовала – от её ответа зависит многое.
- Хм, фру Бьяруп, я, если честно, вот сейчас пообещать Вам молочные реки и кисельные берега не готова…Но это не значит, что Ваши слова я пропущу мимо ушей…Кое- что я умею, да, кое- что знаю, кое о чем мечтаю, и в этих планах лишние руки не помешают… – Нина помолчала, потом решилась.
- Я сейчас со всеми поделюсь тем, что крутится в голове, а вы уж потом, на досуге, обсудите еще раз и скажите, насколько мои фантазии можно воплотить в жизнь здесь, где вам знакома каждая кочка и травинка.
Обращение виконтессы привлекло внимание всех, даже Лейс пришел, Ида подошла ближе (кухарка за стол не села, подавала все и отмахнулась с улыбкой от предложения присоединиться).
- Не буду повторять то, что ранее передавал вам герр Бор. Этот этап позади, будем ждать, что получится в будущем году по зерновым и прочему. Теперь о том, что я ему не озвучивала.
И Нина рискнула вывалить на подданных все свои иномирные планы по развитию агробизнеса в Мозеби, с описанием проблем и вариантов их решения.
Слушали внимательно, сосредоточенно, с интересом, а главное, (чего боялась иномирянка), без неприятия и насмешек над глупой аристократкой, ничего, кроме праздной жизни в городе, не видевшей.
Нина закончила речь в тишине, окинула присутствующих взглядом и уперлась в глаза Эйнара Дана. Молодой вдовец смотрел серьезно, без недоверия, и это успокоило виконтессу.
- А я вам что говорила, а?! Наша хозяйка лучше всех! Раз аквавиту сходу шлепнула, моей холодной картошкой с селедкой не побрезговала, значит, можно с ней дело иметь, еще и с выгодой и для неё, и для нас! Такая не бросит и последнее не отберет! – подскочила со скамьи Ильзэ Дан, стукнула ладонью по столу и с победным видом воззрилась на односельчан.
Нина же, смутившись, опустила голову и чертыхнулась про себя: вот ведь сорока!
И тут присутствующие в зале начали сначала хихикать, а потом дружно смеяться. «Весело им, понимаешь…» – не поднимая головы, думала попаданка, пока не услышала голос жены старосты.
