Стоило забрать у них Реку Мира и они — просто смертные.
Хаджар посмотрел за окно, где стояли Бадур с Раваром.
Нет… до смертных им еще требовалось подняться.
— У нас…
— Ваша подруга проживет еще пару недель с моими лекарствами, — произнесла Дубрава на том же языке, на котором говорили Шакх с Хаджаром. Сказать, что последние два были удивлены — не сказать и вовсе ничего. — Вы говорите на человеческом языке — в нем нет ничего сложного. Ведуны могут говорить на языке ветров и камней, языке звезд, времени, даже языке надежд и снов.
Все это время ведьма не отвлекалась от своего дела. Она смазывала иглы и кисти мазями, шептала что-то над ними, а затем проводила по телу Летэи, местами смазывая раны, а местами их прокалывая. С каждым разом дыхание воительницы выровнялось, а кожа розовела.
— Ты объяснишь нашему магу, как пользоваться этими мазями? — спросил Хаджар.
— Ему? — Дубрава посмотрела на Артеуса. — Перед тем, как я объясню ему лекарства, мне придется объяснить ему, как пользоваться тем даром, которым наделили его праотцы.
Это займет время.
— У нас нет времени, ведьма! — гаркнул Шакх.
Дубрава ответила на это все тем же ровным и спокойным тоном.
— Именно поэтому я отправлюсь вместе с вами.
Глава 1800
— Вы уверены, мудрая ведунья? — с уважением спросил Хаджар.
— Не мешай, — только и ответила ведьма и вернулась к своим делам.
Пока Дубрава занималась врачеванием над Лэтэей, Хаджар проверял сколько они могут взять с собой провианта. Арад, видимо заранее понимая, что надолго генерал здесь не задержаться — принес им в дом провианта.
Коим в данный момент хвастался Шакх.
— Беру свои слова назад, — плотоядно улыбнулся пустынник, снимая с прилавка тяжелый мешок, сшитый из шкур. Он развернул горловину и начал вынимать разное съестное. — Тут пара кило солонины, около килограмма кореньев, какие-то сушеные травы — видимо для местного чая, и еще килограммов семь вяленого мяса.
Шакх продемонстрировал связанные веревками из конского волоса полоски красного, валянного мяса.
Хаджар принюхался к ним и тут же опознал запах.
— Козлятина.
Пустынный Волк немного скривился и уже без былой радости убрал провиант обратно. Будучи жителем пустыни, Шакх предпочитал баранину, считая ту самым ценным и дорогим мясом.
— И тут подвели… — вздохнул пустынник, и посмотрел в сторону Лэтэи.
После мазей и уколов ведьмы, та стала дышать намного ровнее, да и цветом лица больше не походила на помидор.
