— А что с теми, кто искусился? — перевел тему генерал.
— С отступниками? — переспросил Бадур. — По заслугам, генерал. Отвар, которым ведуны нас поят, имеет особенные свойства и те, кто впускают в себя скверну, умирают. Тихо и спокойно. Без мук. Но умирают. Север не терпит слабых духом. Телом ты можешь быть дряхлым стариком, но, если твой дух крепок — никто на тебя не посмотрит с высока. А теперь пойдем, как бы я терпеть не мог держать слово со старейшинами, но они нас ждут.
Глава 1797
Вместе с Бадуром они вошли под сени ратуши, где собрались все те же лица — старейшина, державшие слово перед жителями деревни во время “суда”.
Разве что теперь к ним добавилась Дубрава и молодые люди, судя по внешности являвшиеся детьми и, заодно, приемниками старейшин.
Они сидели за столами и, смотря на карты, что-то обсуждали. Арад, как хозяин, стоял во главе.
Завидев Бадура, со скамьи поднялся Адур и, подойдя к сыну, молча его осмотрел, после чего заключил в крепкие медвежьи объятья.
— Горжусь, — тихо произнес он, после чего проводил за стол.
Хаджар остался стоять около входа в зал, следуя каким-то своим мыслям о правилах приличия и отношении гостя и хозяина. И видимо он оказался прав, так как встретил несколько одобрительных взглядов, после чего Арад, как глава, подозвал его:
— Проходите, генерал, — произнес он ровным, спокойным тоном. — Посмотрите своими глазами, послушайте своими ушами. Может вас посетят какие-то мысли.
Кроме Равара, старейшины, ка запомнил Хаджар, Черной Сосны — никто не был против.
Но и сам сухой старик лишь угрюмо нахмурился, но ничего не сказал.
— Смотрите, генерал, — Арад развернул карту так, чтобы Хаджару было понятны стороны света, после чего провел указкой по небольшой реке, берущей начало несколько западней того места, где появились они с Шакхом и Летей. — На этой реке стоят деревни Малой Бринки и Таргатак. Их старейшинам было отправлено слово, но они не явились на суд.
Арад замолчал. Хаджар некоторое время выждал, после чего слегка устало вздохнул.
Нет, тот факт, что ему решили устроить небольшую проверку, никоим образом не выбивался из парадигмы бытья прагматичного севера, но с другой стороны… с другой стороны он уже воевал на полях брани еще в те времена, когда деды этих людей пили материнское молоко.
Хаджар взял указку и начал спускаться ей по течении реки.
— Сквозь них прошли сыновья Феденрир, — произнес генерал, двигаясь все дальше.
