Ими и грозит. Что мы женщины можем? До коли это будет продолжаться?
— А это точно наша деревня? — Опешила я.
— А как же! — подхватили другие женщины. — Ты, госпожа хозяйство приняла. А величину его не вразумишь!
Озадачилась. Что и сказать не знаю.
— Что за сосед? Шоберт? — уточняю.
— А кто ж еще! Сколько крови попил у нашего славного лорда. Это он его извел до смерти! Было пять деревень с землями. Теперь три. А скоро вообще одна останется, вот эта.
И понеслось… косточки этому лорду промывать по нарастающей начали.
Я и сама его недолюбливаю. Он меня вместо благодарности на каторгу отправил. Оказывается, он сосед, что границ своих не знает."
"Дело вроде и не мое. А с другой стороны! Я за справедливость, пусть проходимка. Но так же нельзя!
Так, надо кое в чем разобраться, прежде чем меры принимать, раз такой произвол.
Вернулась в дом, Варлама зову.
— Свидетельство о собственности где? — спрашиваю и за голову берусь от его реакции. — Бумаги на земли? Грамота? Карта, утвержденная вышестоящим руководством или начальником?
— Грамота герцога нашего была! И карта есть! — восклицает дворецкий.
Наконец, дошло до старого.
— А ну тащи, — потираю ладоши.
— Хозяйка, только за карту знаю, — говорит виновато.
— А грамота от герцога? — Хмурюсь. Самого важного нет, как же предъявишь соседу, если документы отсутствуют?
— Грамота в тайнике, госпожа хозяйка, — говорит и пятится. — Я за картой, на чердаке она.
— Тайник где?
— Не сердись, хозяйка, на то и тайник, что кроме лорда никто не знает…
Принес рулон.
На кухонном столе раскатал. Два на три метра вышло. Художество блеснуло масляными красками.
— Барон сам рисовал, — хвалится Варлам покойным Долтаном, погрустнела сразу. — Он художник был известный. Только после кончины первой жены картины под чистую продал и рисовать перестал. А карта знатная. Ни у кого такой нету, только если у герцога.
Смотрю на эту мазню, пытаюсь сообразить где что. Дворецкий начинает комментировать, границы вычерчивать пальцем. Спустя минут двадцать начинаю понимать.
Все относительно Поляны миров.
Юг — линия Поляны. Не прямая, конечно, волнистая. Обозначены старые месторождения красного Ириса, что пыльцу нужную дает. Часть территории моего баронства в Поляну врезается. Немного, но есть. Севернее — дорога идет, еще севернее — поле обширное, леса и речка в которой искупалась, ответвления у той речки есть, по ним и границы с запада и востока. Пять деревень, четко помечены красными ромбиками с трилистником внутри.
