А девка остальные рассыпавшиеся подала.
— Разбрелись уроды, — рычит Поль. — До дома не успеем. Ночь накроет через два часа.
— На дерево? Э, в смысле на цветок поползем?
— Здравая мысль, — подтвердил мужик и посмотрел недоверчиво. — Надо бы тебя сотнику показать.
— Ну, покажи, — пожимаю плечами. — Но замуж еще не готова.
— Надо уходить, — заявляет Поль. — Скоро будут еще. Видимо, большой отряд, эльфам не сладко придется.
Спешу за ним и девкой. Беготня эта порядком достала. Во рту все пересохло. А еще бы в кустики отойти…"
"Темнеть стало стремительно.
Будто облако черное накрыло солнце. Вижу, как ночь заливает все вокруг, будто черное желе. А мы на цветок полезли. Выбрали ветки повыше и расселись. Я у самого ствола. Руки трясутся, обхватила его, как могла. Лететь метров десять — пятнадцать. А над головой широкая чашечка цветка. Возня там поначалу не давала покоя. Жужжал не то шмель, не то пчела. Звук убийственно нервировал, осознаю, что источник огромен и опасен. К глубокой ночи стихло. Примостилась, ножки свесила, как бы не упасть.
Выбрала место, чтобы лист подо мной был, в случае падения смягчит удар.
Как и предполагала, упала спросонья утром, когда дернулась. Разбудила своим визгом Поля и девку. Кстати, зовут ее Люси. Меня отругали, за что хотела их прибить. Падая, лист пробила своей тушкой насквозь и шмякнулась прямо копчиком об землю.
Вдобавок сверху накрыла капля росы, размером с арбуз. Прямо на грудь шлепнула через проделанную в листе дыру. Вот и умылась.
Встаю, скрипя и стоная.
А эти уже внизу. Поль руку подает.
— Надо было тебя на ночь обвязать, — говорит виновато.
— Вот только веревок мне не надо, — фыркаю.
Шли до человеческого городка долго, поначалу дергаясь, как пугливые сурикаты от каждого шороха. По дороге мужчина обшаривал растерзанные трупы орков, на часть из которых уже накинулись и муравьи. Доспехи пожеванные, со следами зубов и когтей. Некоторые просто расплющенные. Я пыталась абстрагироваться от всего этого. Ароматы цветов помогали.
Но Поль, как истинный собиратель всякого хлама, набрал мечей, стрел, всякой другой бутафории. Не ленился добивать раненных. И вот идем вы, гремя всем этим хламом. Ладно я, лошадь сильная и здоровая, а девку мелкую зачем нагружать?
Но жадности предела не нашлось. Часть хлама Поль закопал по дороге, пометив ближайший от захоронения стебель.
* * *Человеческий город. С десяток землянок, кое — где виднеется заборчик из сухих кольев, скорее всего жилок стволовых.
