— Висельника? От слова висеть? — Уточнила, а в груди уже холодеет.
— От слова виселица, повешение… Миледи? Я за разбойником Гордоном прибыл. На казнь повезу…
— Так, а что он такого сделал, этот Гордон?
— А вы не знаете? — Усмехнулся. — Он писарем у графа был, а потом сбежал с драгоценностями его жены. Барон, ваш покойный муж, весть отправил графу, что поймали его. Гордон во всем графстве известен, как неуловимый вор. А тут вы с весточкой. Вот и прибыл забрать, так сказать, висельника.
Поперхнулась слюной. Он о нашем пленнике?! Не, не… Какая виселица.
За что?! Вспомнила те глазенки, бедненького… Какая ему казнь! Не отдам! С ума, что ли, сошли.
— Мне б повязать… — начал. Я горло продрала, прерывая.
— Нет у меня никого, — выдавила.
— Как же ж, — раздался голос Варлама из-за спины. — Хозяюшка, что вы такое говорите.
Обернулась резко. Старый пень стоит в проходе.
— Я сказала, сбежал! — Рыкнула на дворецкого не своим голосом.
Сама знаки подаю, чтоб уходил, подмигиваю. Дед, опешил, снова рот открыть хочет, чтоб сдать всю контору.
— Маргарита! — Кричу грозно. — Обеспечьте нам интим! Я с рыцарем с глазу на глаз говорю. А тут без спроса ходят всякие!"
"Варлам отшатнулся. Никогда меня такой злой не видел. Позади него Мира промелькнула. Схватила дворецкого за шею и увела.
Выдохнула с облегчением. К рыцарю развернулась. Смотрит на меня пытливо.
— У меня сосед распоясался, — брякнула, что в голову пришло, сменить тему срочно надо. — Барон Шоберт житья не дает. Вы про меч сказали. Сослужите вдове службу?
Рыцарь подорвался со стола, я чуть было не пискнула от неожиданности.
— Повелевайте! — Рявкнул.
— Дело-то в чем, — говорю голоском, что вдруг истончился. — Воспользовавшись кончиной моего уважаемого мужа, он две мои деревни прикарманил, другие две гоняет на работы. Вы не могли бы обозначить мое недовольство. Как — нибудь мягко, без насилия? Политикой сдерживания, как я говорила. М?
— Знаю Шоберта! — Гаркнул рыцарь. — Нет в нем чести! Немедленно отправлюсь и разберусь с ним!
Выскочил, будто ветром сдуло.
Благо рама дверная не пострадала. Конь ржанул, девки на улице ахнули. Слышу, как топот конских копыт стал удаляться.
Волнение накатило. Как бы беды не случилось. Всего-то от Гордона хотела отвлечь.
Глава 8
Вернулся мой рыцарь к вечеру с угрюмым лицом. Лошадка его так неуверенно подошла, когда увидела меня встречающую.
Спрыгнул, железками гремя. Смотрю на него. Не вспотел, следов крови на броне не видно. Выдохнула с облегчением.
