Правда, по справедливости говоря, был здесь один нюанс… Его начальник службы безопасности не был в курсе всего, а вот его сын знал все нюансы по производству «Флавиума», а значит должен был придать этому факту больше внимания. Да и вообще страдать манией подозрительности и беспокоиться насчет любой необычной вещи, которая происходила на заводе.
Теперь они сидели вдвоем в кабинете директора завода и думали что это вообще было?
— Я уверен, что завтра, крайний срок — послезавтра, с тобой свяжутся и попросят за документы какой-нибудь выкуп и все на этом закончится, — убеждал отца Матвей, у которого только недавно начало проясняться в мозгах после ночной попойки.
— Ты баран, сынок, — поморщился герцог.
— С чего это вдруг?
— С того, что даже если все произойдет так, как ты говоришь, то это означает, что кое-кто знает о секрете «Флавиума», понимаешь? Если это так, то значит нас можно будет доить бесконечно, неужели до твоей тупой башки не доходят даже такие простые вещи?
— Ты бы поосторожнее с выражениями, — сказал Матвей и помассировал виски.
— Я все-таки твой сын, а не какой-нибудь проходимец…
— Что, неприятно слушать правду? А ведь это так и есть, если бы кое-кто хоть немного пораскинул мозгами, то можно было понять — пропажа начальника охраны не может быть случайностью.
— Откуда я мог знать, что это как-то связано? Между прочим, еще непонятно так ли это на самом деле… Вот найдут его, тогда и посмотрим."
"— Нет, ты и в самом деле идиот… Да с чего ты взял, что его вообще найдут? Ты не знаешь, что люди иногда просто исчезают? Вот это как раз такой случай, я в этом уверен, — заверил сына Арсентий Борисович.
— Ну а даже если его и найдут с перерезанным горлом, то что это даст?
Матвей ничего отвечать не стал — чтобы не говорил в сердцах про него отец, идиотом он не был и прекрасно понимал, что герцог прав. Скорее всего начальник охраны уже мертв, и никто его не найдет. Да и свою вину в произошедшем он чувствовал, хотя и Курпатов тоже хорош! Мог бы и учесть, что он пьян и не может адекватно соображать! Теперь вот думай, где эти проклятые документы, и кто их взял.
— Может быть Болотов? — предположил Матвей.
— На кой черт оно ему надо?
— Ты же сам говорил, что вы поругались, когда виделись в последний раз… Вот и решил тебе отомстить.
Герцог ненадолго задумался над словами своего сына, но быстро откинул эту мысль. Поругаться-то они поругались, но Кириллу это все не нужно — пока они в одной упряжке бегут.
