На вопрос супруги, о каком коте идет речь, муж объяснил, что его бригада после работы поехала домой и услышала шорох и мяуканье. Звук шел из одной сумки, когда ее открыли, то увидели кота. Ну и выкинули его на дорогу. Не возвращаться же из-за него назад!
– Ужасные люди! – возмутилась я.
– Да уж, – поморщилась Сергеева, – Альберт Кузьмич не любит посторонних, но он безмерно любопытен и обожает спать в разных сумках. Дмитрий, мой приятель, работает в организации, которая имеет отношение к уличным камерам. Он стал просматривать их на всем пути, по которому рабочие возвращались домой.
Нашел их машину. Но не видел, как выбросили Альберта Кузьмича. Вероятно, это случилось в «слепой» зоне, которая есть у каждого видеоприбора.
И тут зазвонил домофон.
– Иду, иду, – закричала Краузе и пошла в прихожую.
Татьяна встала.
– Благодарна вам безмерно. Я репетитор русского языка, вот моя визитка.
Сергеева положила на стол карточку.
– Учеников у меня много, родители у всех люди со связями. Если вдруг попадете в неприятную ситуацию или понадобится помощь, сразу пишите, звоните, я постараюсь вам помочь и…
– Пустите, – закричал из коридора знакомый голос, и в комнату влетела Антонина Васильевна.
Она подбежала ко мне и схватила меня за плечи.
– Вы мать? Вы мать? Дети есть?
Я попыталась вывернуться из ее цепких рук. Но Нестерова неожиданно сама отпустила меня, упала на пол и обняла меня за колени.
– Умоляю! Помогите!
Глава тридцатая
Роза Леопольдовна бросилась к незваной гостье и попыталась оттащить ее, но Антонина вцепилась в мои ноги мертвой хваткой.
И тут Татьяна усадила кота в кресло, подошла к бившейся в истерике Нестеровой и положила руки на ее плечи. Та перестала кричать.
Сергеева спокойно сказала:
– Лампа, медленно отойдите. Пожалуйста, принесите стакан простой воды.
Краузе помчалась в коридор. Татьяна подвела Антонину к креслу, усадила ее и вынула из своей сумочки пузырек без этикетки. В этот момент Роза прибежала назад с чашкой, Татьяна накапала в нее немного бесцветной жидкости, наклонилась над Антониной и попросила:
– Выпейте, пожалуйста.
Нестерова схватила кружку, осушила ее и прошептала:
– Простите!
– Ерунда, – улыбнулась Татьяна, – у самой иногда нервы сдают. Не нагло с моей стороны попросить чаю? Для всех присутствующих. Сладкого!
– Только что шарлотка испеклась, – оживилась Краузе.
– Я хотела выпросить у вас адрес дома, где видели Марину, – залепетала Нестерова. – Выждала, когда мужчины уйдут, поколебалась и поднялась на этаж.
