– И вот прошло пять лет, и я начала копать. Ты нашла мой номер в телефоне Стэнли."
"– Он сказал мне, какая-то девчонка работает над проектом и считает Сэла невиновным. Я запаниковала. Допустим, ты докажешь его непричастность – и что, мне придется искать другого подозреваемого? Из одноразового телефона Энди я узнала о ее тайном любовнике: там имелось несколько сообщений от контакта по имени «Э» насчет свиданий в отеле «Зеленый дом». Я отправилась туда с целью выведать, кто этот мужчина. Ничего из моей затеи не вышло – старуха, владелица отеля, совсем выжила из ума.
А пару недель спустя я приметила, что ты ошиваешься на вокзальной парковке – там, где у дилера Энди была точка. Ты села ему на хвост, а я, в свою очередь, следила за тобой. Видела, как ты входила в его дом вместе с братом Сэла. Я просто хотела тебя припугнуть.
– И тогда ты отправила первое сообщение. Однако я не остановилась. Пришла к тебе на работу и продолжила расспросы об одноразовом телефоне и Максе Хастингсе. Ты решила, что я подобралась совсем близко и почти вычислила тебя.
И ты убила мою собаку и заставила уничтожить все материалы расследования.
– Я не хотела. – Бекка опустила голову. – Не собиралась убивать твоего пса. Я его отпустила, клянусь. Наверное, он в темноте не разглядел дороги и случайно упал в реку.
У Пиппы перехватило дыхание. Случайно или нет, Барни все равно не вернуть.
– Я так любила его… – Голова кружилась все сильнее. – Однако я решила простить тебя. Вот зачем я здесь. Уж если мне удалось тебя вычислить, то и полиция скоро придет к тем же выводам, поскольку они вновь открыли дело.
Признания мистера Уорда выявят пробелы в твоих показаниях. – Пиппа говорила торопливо и сбивчиво, язык заплетался. – Ты совершила ужасную ошибку, позволив сестре умереть. И ты это знаешь. И с тобой судьба обошлась несправедливо. Ты того не заслужила. А правосудие не знает сострадания. Я пришла предупредить тебя. Ты должна бежать. Уезжай за границу, устрой свою жизнь в другой стране.
Потому что за тобой скоро придут.
Пиппа смотрела на Бекку, и та, кажется, что-то говорила, но внезапно все звуки в мире исчезли, и только в голове словно жужжал рой насекомых. Стол между ней и Беккой трансформировался и вздулся куполом; какая-то незримая тяжесть давила на веки Пиппы.
– М-м-мне… – Мир начал гаснуть. Единственным ярким предметом оставалась пустая кружка на столе; да и та вдруг стала пластичной. Рисунок стекал с нее и испарялся в воздухе.
