Это просто базовые инстинкты выживания - держаться подальше от человека, который без особых колебаний и рефлексии может убить себе подобного.
— Но в чем дело?
— Просто подойди ближе и сядь, Цветкова.
— Куда?
— Давай на меня, раз ты спросила. — на этом лице по-прежнему даже не мелькает ни тени смущения, когда он подобное произносит. — Хотя, очевидно, что здесь есть только кровать, чтобы присесть. И ногу покажи.
Ах, вот зачем он. Я все равно с легким трепещущим волнением в сердце сажусь на кровать, и, натянув на бедра футболку, показываю ступню, которой напоролась на что-то в лесу.
Его пальцы берут меня за лодыжку, а затем внезапно задирают ступню выше, отчего я шикаю.
— Вообще-то у меня не такая хорошая растяжка, как вы думаете.
— Я так и не думал. — отвечает он, включая на телефоне фонарик и светит, рассматривая мою ногу. — У тебя вообще нет ничего хорошего.
Если бы он не был ненормальным - эта ступня уже врезалась бы ему в лицо за такие слова.
— У вас язык грязнее, чем половая тряпка.
— вылетает у меня. Не сдерживаюсь. Я просто не могу проглатывать одну гадость за другой, даже несмотря на то, что наезжать на этого человека явно не стоит. Но это не оскорбление, а констатация факта!
Он на секунду в ответ поднимает на меня взгляд.
— Да? Тем не менее, он был у тебя во рту несколько раз.
Выключив фонарик, от отставляет мою ногу на кровать. Я жду, когда он что-то скажет насчет моей ранки на ступне, но вместо этого он снимает блокировку на телефоне и что-то набирает на экране.
— Мне вот что тогда интересно. — начинает он, глядя в экран. — Как называть человека, который позволяет разным людям запихивать себе в рот всякую грязь?
— Вы вообще о чем? — хмыкаю я.
— Наверное, об этом. Приветики, Кать. Запиши мой номер. Давай свалим от всех, я тебе классное место тут покажу. Где можно целоваться под луной, ха-ха. — я замираю, услышав этот бред изо рта профессора, особенно со словом “приветики”, сказанное его фирменной равнодушной интонацией, которое совсем выбивает меня из колеи.
— Ты где? Куда пропала? Кать, ответь, это Кирилл, который тебе футболку дал.
У меня расширяются глаза, едва не выпав наружу, когда до меня внезапно доходит, что это был за бред, и я бросаюсь резко к профессору за телефоном. Он тут же отводит руку назад, не давая мне до него дотянуться, и я оказываюсь с ним лицом к лицу.
На его губах мелькает усмешка. Издевательская.
— Цветкова, это мой телефон.
