Системник один, но есть так же ноутбук.
– Зачем тебе столько техники?
– Надо.
– Отличный ответ!
Бойка на мою язвительность не реагирует. Просто смотрит. Тем самым взглядом, из-за которого у меня барахлит весь организм. Я вдруг остро осознаю и то, что мы одни в его квартире, и то, что он будет держать меня здесь сутки, и то, что я не знаю, какие еще извращения могут прийти ему в голову.
– Голодная? Я закажу что-нибудь? – наконец, выдыхает он.
Я не ужинала и действительно немного голодная, но сказать об этом Кириллу отчего-то не хватает смелости.
Поэтому я просто пожимаю плечами.
– Пицца, роллы, что-то конкретное?
Снова пожимаю плечами. Стесняюсь. И Бойко это, кажется, понимает.
– Пицца? – спрашивает еще раз.
Мотаю головой.
– Роллы?
Киваю.
– Пить что-то будешь?
– Мне нельзя алкоголь, – напоминаю резковато.
– А я тебе алкоголь и не предлагал, – так же хмуро отзывается Кирилл. – Пойдем, в общем.
Напряжение между нами сохраняется и на кухне. Но когда Бойко, вручив мне банку Фанты, вдруг заявляет, что пришло время откровенного разговора, оно буквально достигает апогея.
Если бы не подложенная бумажка, долбаные часы распищались бы в ту же секунду, потому что сердце мое с каждым сокращением словно в пропасть бросается. Летит с обрыва и резко возвращается.
У меня, безусловно, есть масса вопросов к Киру… Но я ведь не знаю, о чем он сам собирается меня расспрашивать. А вдруг я не смогу честно ответить?
– Минуту… – выпаливаю, встрепенувшись. – У меня внеплановый вопрос.
Не в тему нас, то есть. Но мне нужна помощь, ты же крутишься в «этих» кругах.
Сама не знаю, каких таких «этих». И что я вообще пытаюсь сделать? Остановить часовой механизм на бомбе, которая в любом случае взорвется?
– С чем помощь?
Бойко сосредотачивает взгляд на моем лице. И мне еще больше не по себе становится. Кожу мурашит и охватывает жаром.
– Ты случайно не знаешь, кому можно продать девственность?
Глава 9
Если бы мне было пофиг, сейчас бы тебе не нашлось, что продавать.
– Ты случайно не знаешь, кому можно продать девственность?
Несколько секунд тупо пялюсь на нее. Моргаю и все громче таскаю кислород. Грудачину на каждом новом вдохе едва ли не с треском распирает.
– Это ты, блядь, для какого-то гребаного проекта опрос делаешь? – хрипло выдыхаю после затяжной паузы.
– Ну, нет… – отводит взгляд. А потом, будто переломив себя, снова на меня смотрит. Упрямо и с вызовом. Последнее мне охренеть как не нравится.
