Вернулась в беседку за жрецом и открыла тропу в свою комнату еще раз.
– Вот! – продемонстрировала печать, магией подняв кровать в воздух.
Выпучив глаза, жрец осенил себя святым знаком, схватился рукой за крест и зашептал:
– Экзорцизамус тэ, омнис иммундус спиритус, омнис сатаника протестус…
У меня волоски на коже дыбом встали, когда линии рисунка вдруг поплыли, засочились смрадной жижей, закапавшей вниз. Однако темные сгустки не долетали до пола, сгорая в сиянии, исходящем от Луки. От запаха тухлых яиц стало трудно дышать.
Возникло ощущение, будто кто-то накинул удавку на шею и затянул ее потуже. Бухнувшись на колени, я беспомощно хватала воздух руками, не понимая, в чем дело. Никакой удавки на самом деле не было, и это пугало до чертиков. Особенно, когда светоч посмотрел на меня глазами, сверкавшими так, будто внутри человека врубили лампу в тысячу вольт. Я отползла в другой конец комнаты и спряталась за кроватью Орловой. Ощущение удавки ослабло, но в груди образовалась такая тяжесть, что каждый вздох отдавался резью в ребрах.
– Что происходит? – просипела с трудом. – Решили меня убить?
Светоч приблизился, и у меня вновь перехватило дыхание. Я укрылась щитом, но он не спас от всепроникающего света. Тогда я открыла тропу, намереваясь сбежать. Лука ринулся вслед за мной. Вместо того, чтобы перенестись в особняк, мы вывалились на пол снежной беседки. Я привычно сгруппировалась, в последнюю секунду сообразив, что переход ведет в другое место, а мужчина не успел. Поскользнувшись, он ударился головой об угол ледяного стола и отключился.
Я забралась на скамейку, жадно глотая ртом морозный воздух. Бежать не пыталась, не видела в этом смысла. Тем более, что теперь только сообразила, почему молитва жреца, изгоняющего тьму, так повлияла. В потайном кошелечке хранилась вещь, которую святой никак не назовешь. Даже две вещи: костяной кинжал и императорский Хо`шен. На мгновение возник соблазн пополнить коллекцию артефакта светочем, однако я тут же ее отмела. Незачем уподобляться темникам!
С глухим стоном Лука пошевелился.
Потирая шишку на макушке, поднялся на ноги и осмотрелся. Зыркнув недобрым взглядом, плюхнулся на лавку. Я молча протянула целительский амулет. Надо же как-то налаживать контакт!
– Почему вы хотели меня убить?"
"– Не я, – жрец покачал головой и поморщился от боли. Активировал амулет и подлечил ушиб. – Свет не разбирает, кто перед ним, друг или враг. Я призвал его, чтобы уничтожить порождение темных сил.
