Так что у Ёлки не было ни одного шанса обмануть бедную женщину.
Матильда тихо заплакала.
— Уважаемые гости! Прошу вашего прощения, но в данной ситуации прошу дать Матильде и мне немного времени успокоиться и прийти в себя. Вас проводит Гордон в место вашего временного проживания. Это будет неподалеку, и мы, скорее всего, еще сегодня или завтра утром обязательно встретимся, чтобы продолжить наш разговор.
Мужчины поднялись со своих мест, а я растерянно посмотрела на Ставроса, а затем на отца.
— Дочка, а тебя я прошу остаться! Сейчас я дам Матильде успокоительное и вернусь."
"Я проводила взглядом поднимающихся наверх отца с девушкой и спускающихся вниз стражей. Последним уходил Ставрос. Он на чуть задержался, глядя на меня своими пронзительными, как грозовое небо, глазами, и ободряюще улыбнулся, но глаза его были серьезны. Мы еще несколько мгновений смотрели друг на друга, а затем он ушел.
Глава 43. Нераскрытая тайна
Лерой
Спустя примерно час отец спустился ко мне.
— Извини, дочка! Матильда очень тяжело пережила известие о смерти матери! Все это время она мечтала забрать ее сюда, но и боялась, что эта странная девушка последует за нами. Мы разговаривали со многими мужчинами, просили составить нам компанию в путешествии, но все боялись выходить из-за надежных стен закрытого от чужаков каньона. — Отец вздохнул. — А теперь и не придется никуда идти.
— Как это не придется? Неужели ты собираешься остаться здесь навсегда? Нам нужно искать способ вернуться! Там же твой бизнес, исследования, дом, наконец!
С силой потирая щеки, что являлось признаком сильного волнения, отец принялся ходить от одной стены помещения до другой.
— Да, дочка, ты права. Но пока я не могу вернуться…
— Пап! Мы найдем способ, я уверена!
— Нет, я не о том, — он остановился передо мной и, взяв меня за плечи, с горячностью заговорил:
— Дочка! Ты просто представить себе не можешь, с чем мы имеем дело! Эта планета — поистине целое неизведанное нами сокровище, которое по недоразумению долгие годы было скрыто от взора ученых! И эти чудовища, которые появляются лишь силой мысли, да еда — это совершенные мелочи по сравнению с тем, какие горизонты откроются человечеству, когда феномен этой планеты будет нами изучен! — глаза отца горели знакомым мне лихорадочным энтузиазмом ученого, прикоснувшегося к великой тайне.
