Всё это было не игрой, и я ещё более чётко осознала, насколько я завишу от этого мужчины. Во всём. Моё тело, моя жизнь в полном его распоряжении. Он так захотел.
– Вернись в дом своего отца, Саффана, – на удивление спокойно и ровно ответил Нафиз. – И не смей больше сюда приходить. Ты смела ослушаться своего эмира уже однажды. В следующий раз ты познаешь всю силу моего гнева.
Я заметила, что девушке стало действительно страшно. Она сглотнула и закусила на секунду нижнюю губу. Пыталась выглядеть гордой и не показать свой страх, но справлялась с трудом.
– Нафиз! – подалась вперёд, когда он отвернулся и направился в сторону правого коридора, но тут же притормозила.
А потом обернулась на меня и что-то тихо и яростно прошептала, но Вафия отшатнулась и промолчала, посмотрев на девушку испуганно.
Интересно, Саффана прокляла меня? А если я не понимаю арабский, это считается? Так хотелось в ответ ей просто по – нашему показать средний палец, но я сдержалась. Уж слишком шокирована была развернувшейся сценой.
– Нам следует пойти за господином, – негромко сказала моя прислужница, когда невеста шейха спешно удалилась вместе со своей свитой. – Он не отменил совместный обед, значить нужно идти. Нельзя заставлять ждать шейха – это оскорбление.
А поболтать со своей невестой при вероятной любовнице – ни для кого не оскорбление?
Но это я так, позлиться в себе, потому что прекрасно понимала, что на востоке всё это воспринимается иначе. Да и выбора у меня тоже не было, поэтому я пошла за Вафией в ту же сторону, куда ушёл несколько минут назад Нафиз.
Мы вошли в небольшую светлую комнату, у которой не было углов. По кругу стояли диванчики, на одном из них сидел Нафиз. Перед ним невысокий столик с блюдами.
Вафия поклонилась и ушла, а я осталась стоять в дверях.
– Проходи Хэриб, – шейх кивнул на диванчик рядом с собой. – Присаживайся.
Я выполнила и замерла. Запах от стола шёл аппетитный, еды стояло много. Что-то напоминало привычную мне еду, что-то казалось незнакомым. Я привыкла питаться просто, так я себя лучше чувствовала, поэтому подобное казалось изысками.
Хотя, думаю, это и есть изыски, тут всё такое.
– Наша еда тебе понравится, – сказал мужчина и, оторвав кусочек лепёшки, макнул его в соус. – Она сейчас уже совсем не так консервативна, как была, к примеру, пятьдесят лет назад. Но примесь бедуинских традиций остаётся неизменной. Попробуй вот это, если хочешь.
Он указал пальцем на одно из блюд.
– Это рыба, запечённая в специях на открытом огне.
