Но и ответ лежал на поверхности. Кравнец перевёл взгляд на девушку, а я предположил.
— Потому что схоры всё ещё не уничтожены полностью.
Стоявший напротив нас аристократ скривился.
— Точно никто не знает. Всех, кого обнаружили, положили. Но кто-то мог выжить. До того, как начать действовать, они несколько лет не поднимали головы. Если кто-то до сих пор жив, то тоже сидит в глубоком подполье.
Уверен, он сейчас разгласил государственный секрет, который охранялся законом. Потому что я ни разу не слышал о каких-то тайных структурах схоров, которые при этом ещё и охотились бы на аристократию Норкрума.
Секунд пять все мы молчали. Первым тишину нарушил Пфорен.
— То есть, всё это время тебя прятали?
Лотт с некоторой неохотой кивнул.
— Можно сказать и так. Я знал, что отношусь к дому Кравнец, но мне запретили об этом говорить. Для всех остальных я носил совсем другое имя. А в семейное древо включили только перед самой отправкой в Хёниц.
Выходит Стосс всё же был прав. Но ошибся по поводу причины, которая побудили текущего хёрдиса провернуть операцию по формальному присоединению племянника к семье в настолько сжатые сроки.
Его всего лишь отправили учиться в одно из максимально защищённых мест империи, куда крайне сложно проникнуть убийцам извне.
Правда эта теория с трудом стыковалась с информацией о выживаемости на факультете демоноборцев и количеством угроз, которые присутствовали в самом университете. Не удержавшись, я всё же задал вопрос.
— А почему демоноборцы?
На момент показалось, что парень сейчас в очередной раз озвучит свою сентенцию по поводу того, что “никто не может упрекнуть Кравнец в трусости”.
Но вместо этого, тот скривился в усмешке.
— Мне предложили выбор между разными вариантами. От демоноборцев в Хёнице, до более мирных специализаций в других заведениях. Но ты бы видел, как они все на меня смотрели! Как будто я недостоин носить одну с ними фамилию и сейчас выберу самый простой путь.
В голове мелькнула мысль, что я заблуждался — Лотта всё же хотели убрать.
Не знаю, кто именно из родственников желал его гибели, но у парня создали ложное впечатление и вынудили выбрать самое опасное направление из всех. Справедливо предположив, что он скорее всего погибнет в процессе обучения.
— И вот ты здесь. Аристократ с рунической бритвой, который совсем не обучен манерам.
На Синре разом скрестились три взгляда, а цокнувший языком Фост подметил очевидный факт.
— Знать и раньше не блистала знанием этикета.
