— Вы оба в чём-то правы. Кирнес сделал очень многое для людей Норкрума. Но и подвёл он их потом тоже неслабо. Вот за каким рицером нужно было прорываться в мир посмертия, спустя столько времени? Тем более, по слухам, Айрин попала туда не совсем естественным путём. И за прошедшее время могла превратиться во что угодно.
Фост благоразумно помалкивал, а вот Пайотт сразу повернулась к новой оппонентке.
— Ему могли помешать. Специально сделать так, чтобы портал сработал неправильно и повредил стену между мирами.
Вы что не видите элементарной закономерности? Сколько было демонов в самом начале? Десятки. И всё появлялись не дальше сотни лиг от места закрытия портала. А сейчас?
Я на момент остановил движение своей челюсти, пытаясь понять к чему она клонит. А справа раздался недоумевающий голос Лауны.
— А это тут причём? Понятное дело, барьер разрушался постепенно. Оттого сейчас мёртвые души прорываются на всей территории империи.
Мелкая девчонка натурально оскалилась, рассматривая девушку напротив себя.
— Это лишь одна теория. Самая простая и почти не имеющая подтверждающих её фактов. Единственное, на что напирают её сторонники — барьер разрушают изнутри. Кто-то напирает с другой стороны, пытаясь пробиться к нам. Но если бы они могли воздействовать на стену таким образом, то давным давно проделали бы в ней дыру.
Прожевав мясо, я запил его глотком сорка. Поставив кружку, оглядел присутствующих.
— Давайте не забывать, что мы вроде как согласились работать в одной пятёрке.
И это решение, судя по всему уже утвердил глава факультета. Что значит, лишние ссоры нам сейчас точно ни к чему.
На мне немедленно скрестились взгляды трёх пар глаз. Только Кравнец продолжил методично обгладывать куриную кость, которую держал в руках. А сам я обратился к Синре.
— Если эта теория ошибочна, то какая на твой взгляд более реальна?
На этот раз девушка ненадолго задумалась. Секунд пятнадцать просто молчала, рассматривая меня. Наконец отмерла.
— Сложно сказать.
Но обратите внимание — концентрация демонов постоянно скачет. То в какой-то провинции их почти нет, то потом их численность становится громадной и туда стягивают все резервы. Если бы барьер действительно разрушался, то основные точки прорывов не менялись бы. А так, места самой высокой концентрации мёртвых душ постоянно меняются. Как будто отдельные части преграды становятся то сильнее, то слабее. Не слишком похоже на постепенно разрушение.
