Раздалось несколько испуганных возгласов – у корней сидел на корточках кто-то темный, пегий, косматый… Показалось – огромный, как волот. От вида этой темной фигуры возле дуба в сумерках даже мужчин продрало морозом. Пришелец запихивал в рот поминальные блины из горшка, совсем недавно вынесенные, обгладывал бараньи кости, черпал кашу прямо лапой, глотал, едва прожевав – это был неутолимый голод существа с Темного Света.
Толпа дрогнула и остановилась. Кто-то попятился, женщины в испуге кинулись назад к избе.
– Чур меня, чур!
Появление людей и огня ничуть не смутило выходца из тьмы – он продолжал свою трапезу, не двигаясь с места. Ярдар тоже было подался назад, но крики женщин заставили его опомниться: он-то не баба!
– Эй! – окликнул он. – Ты кто такой? С какого света? Живой или мертвый?
Гость из тьмы не отвечал.
Ярдар нахмурился. Он пьян, конечно, второй день уже, но не настолько, чтобы ему покойники мерещились! А даже если это Безлетова душа… Того ли ему теперь бояться?
Толкнув локтем обалдевшего Заведа, Ярдар направился к валу.
Стал подниматься. Мертвец повернулся к ним, стало видно бородатое лицо. Перестав жевать, гость из тьмы ждал.
Ярдар взошел на вал и приблизился к дубу. Мертвец не спеша встал и выпрямился. Теперь Ярдар хорошо видел его лицо, но не верил своим глазам.
Это не Безлет. Но и не… Тот, чье это лицо, тоже умер. Дикая борода, дикий взгляд, какой-то облезлый кожух, висящий клочьями, как сползающая шкура – все это признаки иного мира.
Явился тот мертвец, которого не поминали не угощали, не провожали… И явился не с добром…
– Это кого вы тут хороните – не меня ли? – знакомым, только охрипшим голосом спросил незваный гость. – Ну так дайте хоть поесть – два дня не ел, чуть не околел по пути. Долбил в ворота, да вы сами все как мертвые – не услыхала ни одна собака, так пришлось к дубу лезть через плетень.
– Ха… Хастен! – истошно взвизгнула в толпе баб Озора.
Глава 3
Хастен обрел свободу самым простым способом – сбежал.
Задумав это, разумеется, с самого начала, Хастен, как настоящий волк, не спешил, выжидая удобный случай. Спешить было незачем и даже вредно: после битвы у Ратиславля русское войско двинулось дальше на восток, то есть Хастена везли именно туда, куда ему было надо. Потому он и согласился помогать – откажись он, его бы отправили на запад, в Сюрнес, вместе с другими пленными. Сам Улав и повезет их, вместе с частью своей дружины.
