Если будет воля хакана, – добавил Ярдар, помня, что не он пока решает судьбу народов и земель.
– Я твои речи обдумаю, но решать будет весь род вятичей, – ответил Вратимир.
Ярдар видел, что пока его не убедил. Престарелый князь, чей род жил спокойно, не вмешиваясь ни в какие раздоры, не мог принять мысль, что все это должно резко перемениться.
– Я бы сам… – начал Ярдар и запнулся.
Он было хотел сказать, что поедет с ним по Оке и растолкует вятичам, в чем их выгода, но с досадой вспомнил, что во время Вратимирова полюдья ему уже следует быть в Тархан-городце.
Однако оживленный, понимающий взгляд Заволода его ободрил и успокоил: похоже, в самом доме старика у него уже есть единомышленник.
Глава 2
– Едва-едва ты отца застал дома, – говорила Добраня Ярдару после обеда. – Он уж вот-вот в путь тронется, все сани и лошади готовы, только снега и ждали.
– Я так и подгадал.
– А мы уж было подумали, как тебя увидели, что ты под другое подгадал, – сказала Добраня, но тут же, вроде как смутившись, прикрыла рот краем рушника, которым перетирала ложки.
– Ой, не слушай меня, это я так, глупости по бабьему закону болтаю…
– Что – так? – Ярдар улыбнулся, видя, что она шутит.
– Что ты, может, под Макошину неделю подгадал, – с лукавым смущением пояснила хозяйка. – Ты ж, я слышала, вдовеешь с той зимы, а у нас в доме две невесты хорошие. Да, отец?
Все в избе одновременно взглянули на двух девушек, которые, покончив с посудой, сели было к прялкам. Ярдар почувствовал, что слегка краснеет, но улыбка сама собой расползалась по лицу.
– Время нынче самое подходящее… – многозначительно подтвердил Вратимир, тоже улыбаясь.
– От хорошего дела я не откажусь, – с сильно бьющимся сердцем, глубоко дыша, Ярдар широко открытыми глазами взглянул ему в лицо. – Если ты… Я с тобой породниться за честь почту."
"В дальнем углу сознания мелькнуло: его делам с хазарами такая женитьба пошла бы на пользу, родному зятю Вратимир в подмоге не откажет. Но кого он готов отдать – дочь или племянницу? Племянница, рослая, худощавая, сильно загорелая девушка с некрасивым, но оживленным лицом, на котором еще виднелась россыпь летних веснушек, казалась очень недурна, но рядом с Вратимировой дочерью была что деревянная ложка рядом с жемчужным перстеньком.
Этот перстенек хотелось взять, бережно сжать в руке, приложить к сердцу и так носить всю жизнь.
– Ну, поглядим, – Вратимир перевел взгляд с него на девушек и обратно, будто сам не решил, с кем из них расстаться.
