Теперь в мире практически не осталось настоящих демонов-бабочек, но среди людей все еще встречались потомки, в чьих жилах текла демоническая кровь дегу. Большинство из них были обычными людьми, которые мало чем отличались от прочих совершенствующихся, но были и такие, чья кровь несла волшебную силу их предков.
Конечно, сила крови потомков была несравнима с мощью демонов прошлого, но она все еще могла заметно увеличить духовную силу того, кто потреблял ее.
Таких людей называли «прекрасными костяными бабочками», но за этими красивыми словами скрывалось только два значения: “постельные рабы” и “еда”.
В зависимости от предпочтений покупателя, их или запирали в спальне, или съедали живьем.
Мир совершенствующихся не считал потомков клана дегу людьми. Они ничем не отличались от них, но потворствуя своему эгоизму, человечество продолжало считать их товаром. Хотя продажа прекрасных костяных бабочек была ужасным злом, она не нарушала никаких законов.
Стоило Чу Ваньнину услышать об этом лоте аукциона, его лицо стало похоже на каменную маску.
– Эта демоница не принадлежит ордену Гуюэе, – продолжила Вторая глава. – Мы – лишь посредники, и со сделки Палата Сюаньюань возьмет комиссию в виде тридцати процентов от конечной цены. Учтите это, когда будете делать ставки.
Закончив говорить, она щелкнула пальцами, и покрывало, скрывающее ложе, упало.
В Палате воцарилась тишина.
Можно было расслышать звуки дыхания и биение сердец.
Все взгляды устремились к телу, прикованному цепями к каменному ложу.
Это была молодая женщина с нежным телом и белоснежной кожей.
Ниспадающие на обнаженные плечи длинные шелковистые волосы сияли подобно солнцу на закате. Мягкое округлое тело слегка дрожало под тонким слоем шелка. Ее кожа, казалось, слегка светилась своим собственным внутренним светом. Она была прекрасна, как свежевыпавший снег, как белый нефрит, скрытый под водой.
Восемь железных цепей крепко сковывали ее хрупкое тело, но она продолжала бороться, своей непокорностью порождая в собравшихся мужчинах охотничий инстинкт и похоть.
Даже человек, повидавший немало красавиц на своем веку, без колебаний признал бы, что эта женщина была исключительной.
– Превосходное качество. Женщина-бабочка, красавица в расцвете, – мило улыбнулась Вторая глава Палаты. Шагнув вперед, она отстегнула звено цепи. Прежде чем девушка успела воспротивиться, она схватила ее за запястье и вздернула вверх руку. – Она девственница.
Во рту у девушки была белоснежная салфетка, не позволяющая ей говорить.
