Молодой человек сладко зевнул. Приподняв порозовевшее после сна гладкое и нежное лицо, он прищурился от бившего в глаза утреннего солнца и, посмотрев на Чу Ваньнина, пробормотал:
— Ах… дай этому достопочтенному еще немного поспать… И раз уж ты уже проснулся, почему бы тебе не приготовить мне жидкую кашу с нежирным мясом и яйцом?
«Что за чушь он несет? Разговаривает во сне?»
Мысли Мо Жаня все еще путались. Когда он увидел, что Чу Ваньнин не спешит встать, чтобы приготовить ему завтрак, он не стал настаивать.
Вместо этого лениво улыбнулся и, нежно погладив Чу Ваньнина по щеке, притянул его лицо ближе, чтобы привычно поцеловать его в губы.
— Если не хочешь вставать, не вставай. Этому достопочтенному только что приснился очень страшный сон. В нем… ах... неважно, не будем об этом, — вздохнув, он обнял застывшего в изумлении Чу Ваньнина и, ласково потеревшись подбородком о его макушку, пробормотал, — Чу Ваньнин, просто позволь мне пообнимать тебя вот так еще немного.
Автору есть что сказать:
Конфетки, конфетки, раздаю конфетки! Сладкие конфетки, которые вы все так ждали!
Что касается того, что Мо Жань назвал его «Ваньнин», то это вовсе не оговорка.
Он действительно так называл своего учителя в прошлой жизни. Что касается того, почему он зовет его так интимно, пожалуйста, выслушайте меня... Эм, ведь еще неизвестно, сколько раз и насколько сильно он сломался!
Прицокивает языком и убегает.
Глава 33. Этот достопочтенный собирается найти оружие
Чу Ваньнин был настолько потрясен внезапным поцелуем, что слова Мо Жаня прошли мимо его сознания.
Они звучали для него? как отдаленный шум капель дождя, стучащих по крыше.
Мо Жань пробормотал еще что-то и снова заснул. Чу Ваньнин хотел разбудить его. За окном порыв ветра сорвал лепестки с цветущей дикой яблони. Чу Ваньнин поднял руку, и один бледно-розовый лепесток мягко опустился на кончик носа Мо Жаня.
Юноша слегка потер нос, но он спал так сладко, что даже не проснулся.
Рука Чу Ваньнина, занесенная для того, чтобы оттолкнуть его от себя, изменила направление. Он схватил лепесток и покрутил его между пальцами. Разглядывая этот лепесток, он погрузился в свои мысли, и постепенно воспоминания стали возвращаться к нему.
Он смутно припомнил, как вчера Мо Жань перевязывал ему раны и поил его лекарством. А потом всю ночь обнимал его, нежно гладил по волосам и спине и что-то шептал ему на ухо.
Чу Ваньнин был сбит с толку.
