Пока я резала и тушила начинку, Кэри замесила тесто, накрыв кадушку чистым полотенцем, протерла стол – «неча грязь оставлять, засохнет, пока ходим», и, вручив мне корзину, велела сопровождать ее на рынок. Кошелек – не слишком туго набитый кожаный мешочек – она вытащила откуда-то с верхних полок шкафа, пояснив, что господин профессор ей доверяет и просит не беспокоить его по пустякам, а потому просто оставляет достаточную для похода на рынок сумму.
Да уж, он в самом деле не рвется общаться с посторонними. Интересно, связан ли характер с даром? И если да – темный дар достается сплошь нелюдимым типам вроде Винсента и меня? Я вспомнила истории о некромантах, в чьих замках прислуга состояла сплошь из зомби.
Пожалуй, идеальный вариант. Хотя нет… негигиенично как-то. Я хмыкнула про себя. Подумала, что надо бы предупредить Винсента, но, поколебавшись, решила, что не стоит его будить. После такого денька, как вчера, наверняка будет отсыпаться до обеда.
Я впервые видела город при свете дня и не из окошечка кареты.
Солнце еще не поднялось над крышами, хотя было уже довольно светло и народа на узких улицах хватало. Горожане спешили куда-то с озабоченными лицами – ну прямо как у нас по утрам. Разве что здесь я почти не видела ярких цветов: все были одеты сплошь в серое и коричневое – даже мое синее платье выделялось. И проезжая часть пустовала, хотя прохожие старались на нее не высовываться, а, переходя, оглядывались. Как выяснилось, не зря – вдруг загремели копыта, и по улице промчались трое всадников, так стремительно, что я даже толком разглядеть их не успела.
Промелькнуло зеленое и красное – и унеслось, только прижимался к стене подросток, едва успевший вывернуться из-под копыт.
– Чего таращишься, – проворчала Кэри, дергая меня за рукав. – Господа куражатся. Тебя мамка что ли не научила лишний раз на них глаз не поднимать?
– Некому было учить.
– Бывает. Значит меня послушай. Неча на них таращиться, заметят – только бед прибавят. Особенно такой, как ты – молодой да видной.
Она ускорилась, словно всадники могли вернуться и «заметить». Я поспешила следом.
Многоголосый гул рынка было слышно издалека, а когда мы вывернули на площадь, мне на миг показалось, что я вернулась в наше время. Те же ряды прилавков под тентами – только не фабричных, а на грубо сколоченных козлах – те же настойчивые призывы «посмотреть» и «выбирать». Я невольно замедлила шаг, разглядывая выставленный товар.
– Чего встала, – снова дернула меня за рукав Кэри.
