За кого ты меня принимаешь?
– За человека, который заставил, – я выделила голосом это слово, – меня быть откровенной. За человека, который теперь может меня убить парой слов. Как будто ты сам этого не понимаешь.
– С хорошими же людьми тебе приходилось общаться до сих пор, – процедил он.
– С разными. Я судебный медик, ты не забыл? Шесть лет каждый рабочий день я фиксировала то, что одни люди делают с другими. Можно подумать, ты до сих пор веришь в радужных единорогов.
– Единорогов не бывает, – голос Винсента похолодел.
– А я верю в то, что чужое доверие, прости уж за невольный повтор, нельзя обманывать. Единственное исключение – если от этой информации зависят жизни. Но в твоем случае это не так…
Нет, именно так, от этой информации теперь в самом деле зависит жизнь. Моя. Как и от того, будешь ли ты держать язык за зубами.
– …и я в самом деле был неоправданно настойчив. Извинения, полагаю, бессмысленны.
Я кивнула. Он продолжал.
– Если бы я знал, что именно услышу, не стал бы давить… ведь в самом деле понимаю, что произойдет, если об этом узнает кто-то еще.
И потому буду молчать. Могу поклясться.
– Как будто клятву нельзя нарушить при желании, – пожала плечами я.
Его тон стал и вовсе ледяным.
– Да, запечатать клятву магией можно только на крови, а я не ведьмак. Так что придется поверить на слово.
– Я уже поверила тебе, иначе продолжала бы упираться. – Я вздохнула. – Но я не знала, чем рискую и, когда узнала… Ты же сам все понимаешь. Мне жаль, если тебя оскорбляет мой страх.
Он ответил не сразу. Вытряхнул спитую заварку в ведерко, снова повернулся ко мне.
– Понимаю. Но разговор нельзя повернуть вспять.
– Да уж, слово – не воробей…
Он приподнял бровь, и я пояснила.
– Так у нас говорят: слово – не воробей, вылетит – не поймаешь.
Он неопределенно хмыкнул, и какое-то время казалось, что его интересует лишь, сколько заварки насыпать в этот раз. Потянулся к кувшину с водой, но оборвал движение на середине.
– Будешь еще чая, или пойдем работать, чтобы не осталось времени на дурные мысли?
– Работать.
Хотя погоди. Ты сказал «для начала» хочешь, чтобы я подняла и расспросила тело. Собирался попросить что-то еще?
– Теперь это не имеет значения, – Винсент поднялся со стула. – Хотел предложить тебе сделку, но теперь… Не намерен гадать, согласилась ли ты искренне или, испугавшись, что я могу отомстить за отказ.
– Ты же эмпат.
Кажется, пресловутая Варвара была моим далеким предком.
