Он сообщил офицерам о том, что в 09.00 в штабе отряда подполковник Гэлдэр будет проводить совещание. Всем приказано быть там.
Боец ушел.
Гандориг посмотрел на часы, на сослуживцев и проговорил:"
"— Ну что, товарищи офицеры, пойдем. Заодно посмотрим, что наши славные бойцы делают.
Они вышли из палатки и первыми явились в штаб, который располагался в небольшом административном здании. Сомон был покинут мирными жителями еще в начале тридцатых годов. Помощник дежурного, старший лейтенант, провел их в комнату для совещаний, где когда-то собирался актив селения.
Это было помещение с двумя окнами, выходящими во внутренний двор, где грохотал двигатель бронеавтомобиля БА-10. Видимо, у него был снят глушитель, оттого и шум стоял сильный. Впрочем, он тут же затих. Лавки посреди комнаты с проходами у стен, в торце небольшая возвышенность, как сцена, на ней стол со стульями, за ними подставка для карт. На верху окон скатка плотных штор светомаскировки. Дерни за веревку — они опустятся, и мгла заполнит комнату.
Электричества в селении не было. Военные инженеры тянули кабель из райцентра Хамтай, но пока не закончили эту работу. Но хватило керосина, ламп тоже. Впрочем, утром это неактуально.
Подошли капитан Дигуун, старший лейтенант Тибригэр, заместитель которого погиб при бомбардировке, другие офицеры, в том числе штабные. Комната почти заполнилась.
В 09.00 в комнату для совещаний вошел начальник отряда подполковник Бату Гэлдэр. Офицеры встали и вытянулись по стойке «смирно».
Гэлдэр со сцены осмотрел их и скомандовал:
— Вольно, садитесь!
Помощник начальника штаба повесил на подставку большую карту района, совсем недавно контролируемого отрядом.
Начальник штаба поднялся и зачитал приказ, согласно которому Номанский погранотряд расформировывался с 12.00 сегодняшнего дня. На его базе создавалась стрелковая рота, которая должна была поступить в распоряжение представителей советского командования. Это дело поручалось подполковнику Гэлдэру и должно было быть завершено в течение трех суток.
Такая новость оказалась полной неожиданностью для офицеров-пограничников. Они считали, что заставы, потрепанные японцами, отводятся к Номану для пополнения и размещения на восточном берегу реки, а оказалось, что теперь им всем вместе с подчиненными предстояло стать пехотинцами, да еще под советским командованием.
Впрочем, это сообщение удивило, но совершенно не расстроило монголов. Напротив, многие из них почувствовали облегчение.
