Заместитель начальника заставы ушел и вскоре сообщил через посыльного, что японцы не замечены. Скорее всего они находятся в укрытиях между сопками и передовой линией обороны, следовательно, повода для перегруппировки пока нет. Делать это нежелательно еще и потому, что передислокация будет замечена противником. Ведь пограничники уже понесли серьезный урон. Десять бойцов погибли, четверо были ранены, двое из них — тяжело.
Начальник заставы ударил кулаком в борт траншеи.
— Черт возьми? Это что же выходит?
— Получается, что с начала боя мы потеряли семнадцать бойцов убитыми и тяжелоранеными, которым необходимую помощь в наших условиях не оказать.
Легких еще поставим в строй. Если японцы сейчас все же скрытно обходят нас, то развернуть против них мы сможем только резервное отделение сержанта Тулбата. Надо хотя бы немного приблизить его к месту боя. Капитан, передавай сигнал. Не знаю только, как ты объяснишь пограничникам, чтобы они сближались с противником максимально осторожно.
— Они видели, что наделал станковый пулемет, поэтому предупреждать их об опасности не надо.
— Хорошо. Давай сигнал. Но где бронемашины? На данный момент они смогли бы переломить ход боя. Позже, боюсь, их присутствие здесь ничего не решит, более того, японцы ручными гранатами легко уничтожат и их. Что за невезуха? Зачем бойцы высунулись за брустверы? Неужели они подумали, что у расчета станкового пулемета закончились патроны?
— Наверное, так и было. Ведь пулемет долго молчал.
— Да, целых десять минут, — сказал советский военный советник и невесело усмехнулся.
— А вот сержанты оказались поумнее. Ни один из них не высунулся и не пострадал. Я с себя вины не снимаю, но…
— Хватит, Алтан, и так на душе муторно, — пробурчал начальник заставы. — А главное — непонятно, что делать, каков замысел командира японского штурмового подразделения.
— Держать своих солдат в укрытиях между сопками и развалинами крепости японский офицер не станет. Он должен атаковать нас либо отходить. Ни того, ни другого мы не видим.
Поэтому я не сомневаюсь в том, что противник сейчас тихо, не спеша, скрытно обходит нас. Неизвестно, подойдут ли к фронту японские метатели гранат, — проговорил Шагаев.
— Ты не сказал, что нам теперь делать.
Шагаев посмотрел на Гандорига."
"— Выставить на фланги хотя бы по паре бойцов с гранатами, а дальше посмотрим, как использовать отделение сержанта Тулбата. Если в ближайшее время подойдут бронеавтомобили, то обстановка кардинально изменится в нашу пользу.
