– Закрытый перелом, обойдётся как-нибудь…
На перелом полагалось наложить шину, только, вот, из чего её изготовить? Покумекали немного, в конце концов, сообразили: из двух винчестеров, предварительно вынув затворы и казённую часть, и бинтами сверху, в пять слоёв, туго обмотав.
– Просто отлично получилось, самая экзотичная шина в мире, – радовался Ник. – Хоть в книгу рекордов Гиннеса вноси…
Полностью пришедший в себя Джедди не преминул поинтересоваться:
– А что это за книга такая, дон Андрес? Дадите потом почитать?
Пришлось Нику замять этот разговор, отделавшись смутными обещаниями.
Они отдохнули немного после всех этих подземно-водных приключений, отдышались и стали подводить промежуточные итоги.
Безрадостной получалась картина: река унесла большую часть поклажи, продовольствия осталось – всего ничего, только один карманный фонарик сохранился, три армейских факела да четыре литра масла для светильников и «примуса» – так Ник называл местные керосинки. Оружия, впрочем, боеприпасов всяких, гранаты включая, было навалом, только толку от этого – сплошной пшик.
А ещё в наличии имелось двенадцать брезентовых мешков с документами – общим весом в районе ста двадцати килограмм. И этот груз предстояло – в безусловном порядке – доставить на поверхность."
"Ника, пострадавшего от когтей и зубов Маркизы, тщательно перевязали в самую последнюю очередь. Вскоре и сама кошка объявилась, как ни в чём не бывало устроилась на коленях у Джедди и громко заурчала.
– Ладно-ладно, – бормотал Ник себе под нос, – мы с тобой ещё посчитаемся, коварная каналья…
Они пошли вдоль реки, скупо освещая дорогу карманным динамо-фонариком, изредка, на короткие промежутки времени, зажигая армейские факелы.
Непростой была эта дорога: сплошные каменные завалы, глубокие и широкие трещины, высокие скалы с острыми, как лезвие бритвы, кромками.
Через некоторые особо опасные препятствия Сизого приходилось переносить на руках.
Каждый раз, пройдя километров десять-двенадцать, путешественники устраивали временный лагерь, и Ник вместе с Джедди, прекрасно видящим в темноте, возвращались обратно – за оставшимися мешками с документами.
Чтобы не возвращаться по третьему разу, Нику приходилось наваливать на свои плечи килограмм по сорок-пятьдесят – из Айны и Джедди носильщики получались неважные, а Сизый со своим переломом, вообще, не годился для подобных работ.
Пока шли вдоль реки, Айна взяла на себя обязанность по обеспечению отряда необходимым продовольствием.
