За неполные сутки организовали большой отряд ополченцев: двести пятьдесят бойцов, вооружённых до зубов. Все нормальные люди обрадовались такой редкой возможности – вставить американцам по первое число, да и капитана Зорго в Сан-Анхелино и его окрестностях уважают. Кроме того, выпал случай посмотреть на знаменитое подземелье: через два месяца Сизые болота опять камышами зарастут и вновь станут непроходимыми…. На рассвете окружили американцев, предложили сдаться. Они, естественно, отказались.
Был бой. Мы победили. Убили всех gringos – всего пятнадцать человек, сожгли их пушку на колёсах. Наших тоже много погибло – больше тридцати бойцов, раненых много.
«Значит, к Брауну прибыло-таки подкрепление», – понял Ник. – «Интересно, а что это ещё за пушка на колёсах?».
Подземные узники поднялись на поверхность. Да, бой здесь был жарким, иначе и не скажешь. Под ногами скрипели и звенели пустые гильзы, тут и там виднелись свежие воронки от взрывов гранат, в ста метрах от входа в пещеру лениво догорал маленький танк на восьми колёсных парах.
– Эту дурацкую железяку – с колёсами и пушкой – тоже с самолёта сбросили на парашюте, – сообщил Джедди. – Я сам видел, мы как раз на ночлег располагались – по ту сторону Сизых болот…
Недалеко от подбитого танка несколько десятков полуголых людей – всех цветов кожи – активно размахивали кирками и мотыгами.
«Могилы копают», – понял Ник, сбросил куртку, подошёл к работавшим и забрал кирку у пожилого вест-индского негра, обливавшегося потом.
Ник упорно вгрызался в каменистую землю, не жалея сил, это было единственное, чем он мог хоть как-то отблагодарить этих незнакомых ему людей, погибших в скоротечной схватке на Индейском Нагорье.
Через пятнадцать минут к Нику подошёл Сизый, положил руку на плечо и шепнул на ухо:
– Командир, поработал, дай и другим внести лепту.
Иди-ка к Банкину, он там, – рукой махнул в сторону пологого холма, – обнаружил что-то интересное. Тебя, ясен пень, ищет.
Ник отдал Лёхе кирку и, стряхнув ладонью пот со лба, пошёл в указанном направлении. Там, около двух глубоких воронок, лежали сложенные в один ряд тела мёртвых «пятнистых».
– Никитон, сеньор Буэнвентура, то есть, греби сюда! – громко позвал его Банкин, укладывавший в рюкзак верёвочную лестницу.
