Вместо ответа я засовываю его глубоко в горло, и он вздрагивает. Его голова вдавливается в подушку, а бедра выгибаются, когда я прижимаюсь к нему щеками. Он сильно прикусывает губу, постанывая и бормоча, как это приятно.
Я снимаю свои собственные трусики и начинаю играть сама с собой. Есть что-то такое волнующее в том, как он реагирует на прикосновение моего рта. Как будто это лучшее, что он когда-либо чувствовал в своей жизни. Но когда он видит, как я это делаю, его глаза темнеют.
— Повернись, — говорит он.
— Ляг на меня.
Отрываясь от него с хлопком, я качаю головой. — Сегодня все о тебе.
Но он так не считает. — Если ты думаешь, что съесть твою киску на завтрак - это не подарок, ты меня совсем не знаешь.
Прежде чем я успеваю возразить дальше, он хватает меня и использует свою силу, чтобы перевернуть. Мой живот лежит на нем, а мои ноги оседлали его лицо. И когда я беру его обратно в рот, он облизывает мой клитор.
Мы никогда этого не делали, и я не могу понять почему. Вибрации наших стонов только усиливают это для нас обоих.
И чем глубже я вхожу в него, тем большее давление он оказывает на меня. Это идеальный компромисс.
Руки Хейса сжимают мою задницу, когда он притягивает меня к себе. Это так приятно, то, как он лижет и сосет мой клитор и трахает меня своим языком. Я прижимаюсь языком к его члену и опускаю голову, вбирая его так глубоко, как только могу, пока не перестаю дышать. Я давлюсь им, задыхаясь, и нежно беру его яйца в руку.
— Черт, — тяжело дышит он.
Это похоже на игру - соревнование, кто первым сумеет вывести другого из игры, а я - закоренелый неудачник.
Однажды я позволила ему выиграть у меня в бильярд, чтобы узнать, что он попросит. Но нет никаких причин позволять ему выиграть в этой игре.
Я поднимаю голову лишь на секунду, чтобы отдышаться, а затем снова опускаюсь, глубоко втягивая его в себя так, что, как я знаю, он сходит с ума. Его язык неистово пытается заставить меня кончить первой, но я вижу, что он уже близок к этому. Мышцы на его ногах напрягаются, и он упирается мне в рот.
Но он такой же упрямый, как и я, и я знаю, что он сдерживается, пока я не кончу первой. А когда он вдавливает большой палец в мою задницу, это напоминает мне о той ночи, когда он заполнил меня там, и я теряю сознание. Мой оргазм заставляет меня прижаться к его лицу, и я стону вокруг него, только для того, чтобы он выплеснул все, что у него есть, в мое горло.
Проглотив все, я скатилась с него и рухнула на кровать.
