Поэтому не бросаюсь на него с вопросами, а лишь говорю:
— Прости, Роланд. Я просто нахожусь в отчаянии, — произношу с надрывом.
Он молчит. Чувствую отстранённость и желание оторвать меня от себя.
— Мне никогда не было так страшно, как сейчас. Я не могу потерять дочь. Это сведёт меня с ума. Моя психика и сердце этого не выдержат, — лишившись остатков гордости, я оголяю перед ним душу со всеми своими страхами и слабостями. И больше всего боюсь, что сейчас он плюнет туда и размажет все ногой, как какую-то грязь.
Он берет мои сцепленные между собой пальцы, разъединяет их и, избавившись от моих объятий, разворачивается ко мне лицом.
"
"— Завтра Ариана будет у тебя. Получишь дочь, новый паспорт и на этом все, покинешь этот дом. Обещаю, что даже если где-нибудь когда-нибудь мы встретимся, я сделаю вид, что не знаю тебя.
И не дав мне что-нибудь ответить, разворачивается и выходит из комнаты.
А я стою, смотрю в закрывающуюся за ним дверь и хочу плакать, несмотря на то, что он сообщил мне долгожданную новость.
Я ведь знала, к чему все приведёт, хотела, чтобы мы друг друга забыли. Но, услышав от него последние слова, почувствовала боль, которая оказалась сильнее моего собственного сознания.
Глава 6
За окном светает. Смотрю на рассвет и хочу выть от треска в голове. Поток мыслей так и не позволил мне сомкнуть глаз, а сил вовсе не осталось.
Чувство, будто кто-то схватил меня сзади, отдернул и вернул назад в прошлое. В состояние, которое презираю — когда я, валяясь на полу, собирала себя по остаткам.
Когда думала, что во всем виноват мой образ жизни и мышления. Что именно моё желание идти на поводу у собственных эмоций, не подчиняясь правилам, привело к смерти сестры.
Но даже сейчас, когда я изменила свои принципы, когда решила следовать общественным правилам, руководствоваться исключительно разумом, всегда напоминая себе о горьком опыте, у меня, все равно, ничего не вышло. Чтобы я не делала, как бы не жила и как бы не старалась изменить свою жизнь — все приводит к краху и роковым последствиям.
Я не могу доверять самой себе — ни сердцу, ни разуму. Продолжаю биться в агонии между этими двумя инстанциями, в надежде, когда-нибудь прийти к их гармонии.
Отчаявшись заснуть, встаю с кровати, одеваюсь и спускаюсь вниз. Прохожу на уже знакомую кухню выпить кофе. Перед глазами всплывает картина из прошлого, как мама работала здесь. Сердце сжимается от тоски. Я скучаю по родителям. Встречаю Османа, который с утра пораньше пьёт, сидя за барной стойкой.
