— Надо будет, убью, но останусь здесь до тех пор, пока сама не решу улететь! — заявив, отталкиваю его от себя, прохожу несколько сотен метров и, сев в такси, возвращаюсь в город.
Меня трясёт от злости. Человек нисколько не изменился. Ему все так же кажется, что он имеет право решать за других, не считаясь ни с чьим мнением.
— Это послужит напоминанием, почему ты не хочешь его присутствия в своей жизни, — нервно заявляю самой себе.
Успокоившись, звоню Демиду и, узнав точный адрес, приезжаю к ним. На пороге меня встречает Крис с маленьким чудом на руках.
И мое сердце на миг замирает. Смотрю на неё, на её малыша и на подошедшего к ним Демида, и хочу плакать. От счастья и от тоски. Чувствую безграничную радость за ребят, что они обрели свой дом друг в друге, и непреодолимую тоску по собственному дому, заключённому в маленьком тельце с большим сердцем.
— Медея, — расплывается в улыбке Крис и встречает меня с распростертыми объятиями, когда Демид забирает из её рук ребёнка.
Обняв каждого и познакомившись с самым маленьким членом семьи, я следую за ребятами, которые ведут меня в гостиную, где накрыт небольшой стол на четверых.
Они приглашали меня вечером в ресторан, где соберутся все их близкие и друзья для празднования дня рождения Лео, но я отказалась, сославшись на работу.
— Ждём кого-то ещё? — ехидно улыбаюсь, понимая, кто будет четвёртым гостем.
— Роланд должен подъехать, — сообщает Крис, улыбнувшись в ответ. — Но ты, видимо, и так знаешь об этом.
— Успели уже поговорить? — присоединяется Демид.
— Успели даже вспомнить, почему друг друга презираем, — усмехнувшись, принимаю бокал вина из рук старого друга.
— Как прекрасно, что ничего не меняется, — весело заявляет Крис.
— По вашей семье так не скажешь. Изменения пошли вам на пользу, — смотрю на лежащего в люльке Лео и не сдерживаюсь от улыбки.
Насладившись в тишине этим осознанием, Демид снова переводит взгляд на меня.
— Выглядишь уставшей, — говорит, проникая взглядом в самое сердце.
— Просто не выспалась.
С раннего утра поехала на кладбище. Хотела навестить Эмми, — решаю не увиливать от правды.
— Согласись, Роланд сотворил прекрасное? — с грустью взглянула на меня Крис, улыбнувшись сквозь поджатые от досады губы.
— Прекрасное? — с ужасом и удивлением смотрю на неё. Это она говорит о том, что он стал причиной смерти моей сестры?
— Я про памятник и клумбы для Эмми.
Сердце сжимается в тугой узел. Я и не подумала о нем. Решила, что все было сделано Ренатом Яновичем.
