Я злюсь и ненавижу себя за каждое слово, произнесенное в адрес Медеи. За то, во что ввязал и каким опасностям подвергал. Я ненавижу её за то, во что она себя превратила, какой редкостной с*кой стала. Я ненавижу всех тех, кто знал правду и молчал, не дав мне возможность вовремя поступить иначе.
— Почему она в семье Геннадия? — взяв себя в руки, решаю расставить все на свои места и понять, наконец, что произошло. — Где Нелли и Сэм?
— Их убили, как и всех остальных. Эрнесту с дочерью помогла удача/чудо — называй это, как хочешь.
— Что на самом деле произошло тогда? Очевидно, что статьи, которые мне удалось найти, предназначены для идиотов.
— Понимаешь, такие люди, как Эрнест, не умирают своей смертью. Их убивают, рано или поздно. Когда у него появилась семья, он пытался отойти от дел, но это невозможно. Это злой рок людей, связавших себя с криминальным миром. Даже будучи семейным человеком и уже не настолько заинтересованным, он и его люди имели слишком много власти. Они держали город, не давали задышать новым группировкам, и когда их хватка ослабла, желающих нанести удар оказалось очень много.
Он наливает себе из графина воды, делает глоток, успокаивается и продолжает:
— Тем вечером Нелли с детьми ушла в гости к соседям, пока Эрнест заканчивал в мастерской очередную работу, — он улыбается, взяв в руки статуэтку со стола. — Этого льва ведь он сделал. Интересно, как бы сложилась его жизнь, реши он остаться бедным ремесленником?
Даю ему возможность поразмышлять над этим вопросом.
Да и сам вспоминаю, с какой страстью Эрнест изготавливал то бутылки, то вазы, то небольшие скульптуры и даром все отдавал друзьям и просящим. Как-то он даже пытался обучить своему ремеслу нас с Арианой, но бесполезно. Все его объяснения проходили мимо наших ушей. Нам было интереснее поговорить, рассмешить друг друга. Поэтому, из мастерской мы выходили измазанные глиной с головы до ног, держа в руках несуразные предметы, но абсолютно счастливые. Потому что были рядом.
И как сейчас принять тот факт, что хрупкая девочка со светлой душой, которая дарила мне только улыбку и радость, выросла и стала той, которая умудряется одним поступком сожрать тысячи моих нервных клеток?
— Возможно, ты помнишь, что дверь в мастерскую была за шкафом в гостиной? — киваю в ответ. — Люди, ворвавшиеся к ним в дом, не знали о тайнике, поэтому так и не смогли найти Эрнеста. Он сразу понял, в чем дело, и был спокоен, что Нелли с детьми у соседей.
