Раз и навсегда покончить с демоном. И не тогда, когда мне есть, что терять. Нечто намного большее, чем власть или уважение подданных. Те, за кого я эгоистично готов отдать еще столько же жизней, делая вид, что забыл произошедшее с нашим кланом.
Серафим отчитался и замолчал, хладнокровно ожидая моей реакции на услышанное. А у меня появилось смутное подозрение того, есть что-то еще, о чем он умолчал. Я нутром это чуял. Что-то не менее важное, чем похищение отродья демона и слежка за Марианной. Проклятье. Руки непроизвольно сжали подоконник.
По донесению Зорича за Марианной вели наблюдение ищейки Северных львов. Долбаный Эйбель. Он тоже что-то затеял, и, я голову готов дать на отсечение, что немец связан с Асмодеем. Уж если и сохранилось у меня какое-то из человеческих чувств, то это интуиция. Вспышка злости охватила тело, глаза заволокло красной пеленой. Какого хрена, Влад? Почему ты даже не посоветовался со мной. Хотя, когда это он считался с мнением своего блудного брата. Он же аристократ. Лев.
А не презренная Гиена, каковой он до сих пор, видимо, считает меня.
Я лежал с закрытыми глазами на нашей кровати и думал, думал, думал. Голова уже отказывалась работать, посылая меня к такой-то матери.
Услышал тихие шаги жены. Марианна открыла дверь и зашла в комнату. Воздух сразу наполнил ее аромат. Я шумно втянул его в себя… Мой любимый парфюм. Самый возбуждающий и самый дорогой для меня.
— Не притворяйся, что спишь, Николас. Или так притомился за последние пять сотен лет, что решил отдохнуть?
Марианна села на край постели и провела пальчиком по моим бровям, будто стараясь разгладить складку между ними.
Все так же с закрытыми глазами я наслаждался ее такими простыми и невинными прикосновениями. Палец спустился по щеке вниз и начали обводить губы. Я высунул язык и облизал его, затем медленно втянул в рот и услышал, как она прерывисто вздохнула. Я открыл глаза и встретился с ее взглядом. Что только в нем не отражалось: и зарождающееся возбуждение, и бездна нежности, и тонна беспокойства.
Все-то ты чувствуешь, маленькая моя. Как же мне оградить тебя от всего этого…
— Они уже ушли, Ник.
— Я знаю, девочка моя.
Я притянул ее к себе и обнял. Марианна устроилась у меня на плече, забравшись с ногами на кровать. А я наслаждался минутами спокойствия с ней, безотчетно гладил ее волосы и плечи.
— Малыш, как ты смотришь на то, чтобы поехать в Прагу? Представь, как там сейчас красиво…
— Без тебя? — она нахмурилась, — Даже не думай.
