Или же, наоборот, Курд иногда любил развлекаться, вкладывая в сознание оппонента образы роскошных голых женщин, ласкавших его тело, и глядя, как тот содрогается во время оргазма, расслабляясь полностью и предоставляя Нейтралу возможность без труда выудить нужную информацию.
Подобные допросы проводились только в отношении демонов и Нейтралов при возникновении сомнений в преданности последних, что бывало очень и очень редко.
Стражи закончили свое дело и встали по бокам от меня.
— У меня появились сомнения, Морт… — наконец, заговорил Курд.
— Сомнения относительно тебя. А я не люблю быть неуверенным. В чем бы то ни было… — он внимательно всмотрелся в мое лицо. — Может, тебе есть что мне сказать, Морт?
— Все, что я должен был сказать Вам, я уже изложил в протоколах.
— Вот как? То есть ты даже не поинтересуешься, по какой именно причине висишь здесь, прикованный цепями?
Я пожал плечами:
— Если я вишу здесь по Вашему приказанию — значит, на это действительно есть важная причина.
Курд молча кивнул и прищурился, сосредотачиваясь на мне. В голове вдруг зашумело, а собственные веки вдруг показались неподъемными. В глазах появилась резкая боль, будто в них плеснули кислотой, и на секунду все вокруг погрузилось в кромешную тьму.
Видимо, я потерял сознание, потому что когда открыл глаза, то обнаружил себя лежащим возле колонны на полу. Я огляделся вокруг, растирая запястья, уже освобожденные от оков. Какого хрена? Почему они оставили меня здесь одного?
В этот момент вдруг распахнулась дверь, и в помещение влетела запыхавшаяся Марианна.
Я буквально оцепенел, наблюдая, как она захлопнула дверь, прислоняясь к ней спиной и поворачиваясь ко мне лицом. Облегченно улыбнулась, оглядывая меня с головы до ног.
— Ник, что же они сделали с тобой?
Она подбежала ко мне и схватила за руки, переворачивая ладонями вверх, прикасаясь к ним губами, подняла на меня взгляд и провела рукой по щеке, запуская по телу мириады искр, вспыхнувших под кожей там, где прикасался нежный бархат ее ладоней.
А я словно упал в ступор, пытаясь понять, каким образом ей удалось освободиться. Неужели Влад? Но как? Даже если Зорич уже получил послание, то они все равно не могли за столь короткий срок достать те бумаги… и меч.
Я отстранил ее от себя, схватив за плечи и напряженно вглядываясь в такое любимое лицо, будто наполненное сейчас сиянием радости и заботы.
