Или просто настолько изголодалась по нему, что мне кажется."
"Шли часы. Никто не приходил за мной. Повсюду гробовая тишина. Она действовала на нервы и изнуряла монотонностью. Были секунды, когда я вскакивала с кровати и прижималась лицом к двери, прислушиваясь. И с каждой секундой мне становилось страшнее. Теперь меня пугал мой собственный поступок. Когда от него зависела уже не только моя жизнь. Когда Нейтралы найдут меч, меня снова будут пытать, и у Ника не будет выбора — он или должен будет это сделать, или это сделает кто-то другой.
Только если Морт откажется пытать пленницу, что ждет его самого? Ответ очевиден — подозрения, расследование, понимание, кто он и кто я. Сложить дважды два не составит труда. Более того, мои волосы неумолимо отрастали. Они уже полностью потеряли белый цвет и стали темно-каштановыми, отросли до плеч. Через несколько дней я стану слишком похожа на себя саму. Сколько у нас времени, прежде чем меня узнают? Ничтожно мало. Тогда я потяну всех за собой. Отца, Ника, Серафима.
Я прижалась щекой к двери. Ожидание мучительно. А что, если меч уже нашли? Или кто-то меня узнал? Что, если в этот момент пытают уже Ника? От ужаса я задрожала и стиснула до боли пальцы.
***
Думитру Курд выключил запись и медленно перевел взгляд на стража.
— И что?
Лаконичность и краткость. Зачем тратить много времени на расспросы? Они все настолько его боятся, что пытаются предугадать настроение и малейшее желание.
— Эмоции. Вы когда-нибудь видели у Морта эмоции, мой Господин?
Думитру, не моргая, смотрел на стража:
— Не видел.
И сейчас не увидел.
— У меня создается впечатление, что на каждом допросе он мысленно говорит с ней. Прокрутите последние записи. Есть перерывы, когда они смотрят друг другу в глаза и молчат.
Думитру выключил видео и положил пульт на стекляную столешницу.
— Бдительность хороша всегда. Я подумаю над сказанным, наблюдай за ними. Свободен.
Страж удалился, а Курд снова включил запись. Он перематывал ее снова и снова.
С технической точки зрения придраться не к чему, но придурок страж прав — что-то не так.
Курд уже несколько лет не проверял записи допросов, доверив это дело вершителям, и сейчас он особо тщательно просмотрел несколько последних. Особенно те, где Морт допрашивал женщин. Всех без исключения обнажали, пытали ледяной водой, раскаленнм железом, смоченным в вербном настое, а потом насиловали, или до, или после истязаний. Думитру закрывал на это глаза.
