— Так что нужно тебе, а?
— Я назову тебе имена посредников, готовых с тобой работать, а взамен буду получать красный порошок из Мендемая по лучшей цене, и тоже через моих людей. Что скажешь, Асмодей?
Я знала, что сейчас он внутренне насмехается надо мной, считая меня тупой идиоткой, которая сама пришла к нему в лапы. Что ему стоит вытрясти из моего сознания имена нужных ему людей, а меня отправить на тот свет? В моих интересах, чтобы он захотел сделать именно это… и не только…
— А к чему это спектакль с волосами, аккаунтами?
Я засмеялась:
— Неужели ты думаешь, меня красит общение и сотрудничество с тобой, Асмодей?
Я подалась вперед:
— Никто не должен знать, что я путаюсь с нашим злейшим врагом…
Я намеренно употребила это слово, дабы вызвать у него ассоциации, и мне это удалось.
Он вдруг сцапал меня за шиворот и рванул к себе:
— Ты еще не путаешься со мной, Падшая… но скоро это случится и будет входить в условие нашей сделки.
Я облизала губы кончиком языка.
— Я готова скрепить наш союз именно этим методой хоть сейчас.
В белесых глазах промелькнуло недоверие.
— А что это ты такая сговорчивая. А как же любовь? Он меня любит… он придет за мной… Хахаха. Помнишь?
Я пожала плечами:
— Мало ли, что я говорила тогда. Женское сердце очень изменчиво, Асмодей. Я слышала, у тебя в доме есть изолированные покои, где можно кричать очень громко, не боясь быть услышанной.
— А ты хочешь покричать для меня, детка?
— Я хочу покричать вместе с тобой, демон.
***
Он не ожидал, когда в моей руке появился меч и рассек воздух.
Все это время холодный голубой металл жег мою кожу на спине. Я ловко достала его и направила острие на Асмодея. Глаза демона расширились от удивления, а потом он расхохотался:
— Маленькая вампирша таки пришла убить страшного злого демона?
— А ты испугался? — подначила его я и, взмахнув мечом, поцарапала ему скулу. Он расплылся в улыбочке:
— Это игра, или ты решила сдохнуть раньше, чем я тебя оттрахаю? Не выйдет, крошка. У меня стоит от мысли, что я сегодня могу поиметь жену Мокану, пусть и бывшую.
Поиметь, а потом убить и отправить голову в подарок ее папаше.
Он сделал выпад в мою сторону, но я переметнулась так быстро к нему за спину, что он не понял, как это произошло, а я уже расцарапала кожу на его плече, вспарывая вместе с белоснежной рубашкой. Он еще не злился, не воспринимал меня всерьез. А лишь насмехался и отпускал шуточки.
Через час он уже был в бешенстве, но я знала его слишком хорошо.
